Фаст Дж. Язык тела. Как понять иностранца без слов Пер. с англ. Ю.В. Емельянова. Изд. Вече, Персей, АСТ. По словам доктора Хесса, это новое открытие уже стало активно ис- пользоваться в рекламном бизнесе на телевидении. Когда рекламный ролик показывают экспериментальной группе зрителей, незаметно от них ведется съемка их глаз крупным планом; затем видеозаписи подвергаются тщательно- му анализу, чтобы обнаружить расширение зрачков: другими словами, анали- тики стремятся заметить наличие бессознательной реакции на коммерческий ролик. Язык тела - это любое движение тела или его части, с помощью которого человек передает эмоциональное послание внешнему миру. Для того, чтобы понять этот не выраженный словами язык тела, специалисты по кинесике часто вынуждены принимать во внимание культурные различия или другие от- личия, вызванные окружающей средой. Средний человек, незнакомый с этими тонкостями языка тела, часто истолковывает неверно то, что он видит. КАК ПОНЯТЬ ДЕВУШЕК Аллан, юноша из маленького городка, приехал в большой город, чтобы навестить своего друга Теда. Однажды вечером по пути на вечеринку к Теду Аллан увидел красивую молодую брюнетку, которая перешла улицу, а затем пошла по улице перед ним. Аллан последовал за девушкой, очарованный ее дразнящей походкой. Аллан не испытывал ни малейших сомнений в том, что означали телодвижения особы, с вызывающим видом вышагивавшей перед его носом. Он шел за девушкой целый квартал и понял, что та заметила его пресле- дование. Он также понял, что ее походка не изменилась. Аллан решил, что пора знакомиться. Когда зажегся красный свет, Аллан собрал свое мужество, подошел к де- вушке, приятно улыбаясь, и сказал ей: "Привет!" К его удивлению, она повернула к нему лицо, перекошенное от ярости, и сквозь сжатые зубы выговорила: "Если ты сейчас жене оставишь меня в по- кое, я позову полицию". Загорелся зеленый свет, и девушка быстро зашага- ла прочь. Аллан был потрясен, а его лицо пылало от смущения. Он поспешил к Те- ду, у которого началась вечеринка. Когда Тед сделал коктейль, Аллан рассказал ему о своем происшествии. Тед рассмеялся: "Да, парень, ты ошибся номером". "Но, черт побери, Тед, ни одна девушка у меня дома не будет так хо- дить, если только... если только она не приглашает тебя". "Ты попал в район с испаноговорящим населением. Большинство здешних девушек очень приличные, что бы ни казалось по их внешнему виду", - объяснил Тед. Аллан не знал особенности культуры многих испано-говорящих стран. В соответствии с ними девушки ходят по улице в сопровождении ко- го-то и существуют строгие нормы социального поведения. Поэтому молодая девушка может безбоязненно демонстрировать свою сексуальную привлека- тельность, не боясь стать объектом приставаний. Поведение, которое пока- залось Аллану откровенным приглашением к знакомству, было естественным. В то же время для носителей испаноговорящей культуры жесткая поза при- личной американской женщины выглядит лишенной изящества и неестествен- ной. Аллан остался на вечеринке и постепенно забыл о своем унижении. По мере того как вечеринка стала близиться к концу, Тед приблизился к нему и спросил: - Ну, никто тебе здесь не понравился? - Джэнет, - сказал Ал- лан со вздохом. - Если бы я только мог... - Ну и чудесно. Предложи ей остаться. Марджи тоже остается, и мы смо- жем поужинать. - Я не знаю. Она кажется... Я не могу даже подступиться к ней. - Ты что, шутишь? - Да нет. Она все время держала перед собой знак: "Руками не трогать! - Но ты понравился Джэнет. Она мне так и сказала. - Но... - Удивлен- ный Аллан сказал: - Почему она тогда ведет себя так... как будто она ме- ня убьет на месте, если я только дотронусь до нее хоть пальцем? - Джэнет всегда так себя ведет. Ты просто неправильно принял ее сиг- налы. - Я никогда не смогу понять этот город, - со вздохом сказал Аллан. Как обнаружил Аллан в романоговорящих странах девушки могут переда- вать по собственному "телеграфу" сигналы сексуального флирта, но так как они находятся по постоянным контролем, то любой ответный ход становится почти невозможным. В странах, где контроль не столь строг, девушка вы- нуждена сама обеспечивать свою защиту с помощью бессловесных сигналов, которые передают сообщение "руки прочь!". Когда положение таково, что мужчина не может, следуя правилам культуры, подойти к незнакомой девушке на улице, та может передвигаться свободно и раскованно. В таком городе, как Нью-Йорк, где девушка может ожидать практически чего угодно, особен- но на вечеринке с выпивкой, она учится постоянно излучать сигналы "руки прочь!". Для этого она должна стоять неподвижно, двигаться невызывающе и скромно, скрещивать руки на груди и использовать другие "оборонительные" жесты. Суть дела в том, что в каждой ситуации, описанной выше, существует два важных начала в языке тела: отправление сигнала и его прием. Если бы Аллан сумел принять сигналы правильно, учитывая особенности большого го- рода, он мог бы избежать смущения в первом случае и неопределенности во втором. ТРОГАТЬ ИЛИ НЕ ТРОГАТЬ Помимо того, что язык тела - это средство отправлять и получать сиг- налы, он может, в случае если вы им владеете, помочь прорывать оборону. Один бизнесмен, который торопился быстрее закончить выгодное дело, со- вершил роковую ошибку из-за того, что не учел психологической разницы в восприятии жестов. "Эта сделка, - рассказывал он мне,- была бы выгодна и для Тома. Том приехал В Солт Лейк Сити из городка Баунтифул, который расположен неда- леко от столицы Юты, но в культурном плане, как будто на другом конце планеты. Это очень маленький городок, и Том был уверен, что все жители большого города сговорились, как бы облапошить его. Мне кажется, что в глубине души он чувствовал, что сделка выгодна для нас обоих, но никак не мог довериться мне. Для него я был бизнесмен, который крутился в большом городе как сыр в масле, и ему казалось, что для меня он всего лишь деревенщина, которую грех не надуть". Я пытался изменить его предс- тавление о бизнесмене из большого города, старался показать, что я его друг, но как только я взял его за плечо, это прикосновение уничтожило сделку". С точки зрения Тома бизнесмен из Солт ЛейкСити совершил нападение на его линию обороны. Никакой почвы для контакта еще не было создано. Биз- несмен пытался сказать на языке тела: "Доверяй мне. Давай дружить". Но для Тома этот жест выглядел как агрессия. Не обратив внимание на то, что Том продолжал оставаться в оборонительной позе, бизнесмен одним лишь жестом угробил намечавшееся выгодное дело. Часто самым простым и очевидным проявлением языка тела является при- косновение рукой, оно может сказать больше, чем тысяча слов. Но такое прикосновение возможно лишь в нужный момент и в нужном контексте. Рано или поздно молодой человек узнает, что если он дотронется до девушки в неподходящий момент, он может вызвать крайне негативную реакцию. Существуют люди- "трогальщики", которые не могут не трогать других людей, совершенно не замечая, нравится это тем, кого они трогают, или не нравится. Они продолжают трогать и ласкать, хотя в ответ на свои прикос- новения получают беспрерывный поток призывов на языке тела: "Оставь меня в покое!". ЖЕСТ ОДИНОЧЕСТВА Само по себе прикосновение является мощным сигналом. Прикосновение к неодушевленному предмету может служить громким и срочным сигналом - при- зывом к пониманию. Возьмите, например, тетю Грейс. Старушка превратилась в объект семейной дискуссии. Некоторые члены семьи решили, что ей будет лучше жить в хорошо зарекомендовавшем себя доме для престарелых, распо- ложенном неподалеку, где она не только будет обеспечена постоянным ухо- дом за ней, но и найдет общество сверстников. Другие члены семьи полагали, что такое решение будет равносильно то- му, чтобы "избавиться" от тети Грейс. У нее был приличный доход и хоро- шая квартира. Почему бы ей не остаться там, где она живет, наслаждаясь своей свободой и независимостью? Тетя Грейс не принимала никакого участия в этой дискуссии. Она сидела среди членов семьи, то трогая свое ожерелье и кивая в знак одобрения слов каждого выступающего, то берясь за пресс-папье и поглаживая его, то двигая рукой по бархату дивана, то дотрагиваясь до деревянной резьбы. "Меня устроит любое семейное решение, - сказала она тихо. - Я не хочу никому создавать проблемы". Семья не могла прийти к какому-либо решению, и. дискуссия продолжа- лась, а тетя Грейс продолжала ласкать предметы, находившиеся около нее. Наконец, члены семейного совета разгадали смысл молчаливых сигналов тети Грейс. Странно, что никто из них не сумел сделать это раньше. Тетя Грейс была "трогальщицей" с рождения. Она дотрагивалась до всего, до че- го могла дотронуться и гладила все окружающие предметы без исключения. Вся семья знала об этом, но лишь сейчас они все поняли, что означают ласки, расточавшиеся тетей Грейс на окружавшие ее предметы. На языке жестов она говорила: "Я одинока. Я изголодалась по общению. Помогите мне!". Было решено, что тетя Грейс будет жить с племянницей и племянником. Вопреки первоначальным сомнениям части семьи ее отношения с молодыми сложились прекрасно, и тетя была окружена их заботой и вниманием. Как и тетя Грейс, мы разными способами посылаем миру сигналы, которые гласят: "Помогите мне, я одинок. Возьмите меня, я свободна и доступна. Оставьте меня в покое, у меня - подавленное настроение". При этом мы лишь в редких случаях направляем эти сигналы сознательно. Мы выражаем наше состояние на бессловесном языке. Мы поднимаем бровь в знак недове- рия высказанному суждению. Мы прижимаем нос пальцами, выражая наше сом- нение. Мы складываем руки на груди, стремясь изолировать или защитить себя. Мы пожимаем плечами, показывая наше безразличие, подмигиваем, де- монстрируя нашу близость с другим человеком, щелкаем пальцами, чтобы об- ратить внимание на наше нетерпение, хлопаем себя по лбу, подчеркивая на- шу забывчивость. Число жестов огромно. Одни из них совершаются умышлен- но, другие - почти умышленно, а третьи - почти бессознательно. К послед- ним относятся, например, прижимание носа пальцами в знак сомнения или складывание рук на груди в знак самозащиты. Изучение языка тела -это исследование всех телодвижений от вполне продуманных до почти бессознательных, от тех, что характерны для опреде- ленных этнических и социальных культур, до тех, с помощью которых прео- долеваются все культурные барьеры. ГЛАВА 2 О ЖИВОТНЫХ И ТЕРРИТОРИИ СИМВОЛИЧЕСКАЯ БИТВА Лишь сейчас начинают разгадывать связь между способами общения живот- ных и способами общения людей. Понимание людьми бессловесного языка в значительной степени объясняется наблюдениями за животными. Птицы подают друг другу сигналы песней. Одно поколение за другим распевает одни и те же песни, те же простые или сложные мелодии, используя тот же набор нот. В течение многих лет ученые считали, что птичье пение -это лишь нас- ледственное приобретение, подобно языку - морских свинок, танцам ос и пчел, "разговорам" лягушек. .; Однако сейчас возникают сомнения в том, что это действительно так. Эксперименты показали, что птичьим песням обучаются. Ученые вырастили некоторых птиц вдали от своих сородичей, и эти птенцы не могли воспроиз- вести типичные песни их видов. Но ученые, вырастившие таких птиц, смогли обучить их отрывкам из популярных мелодий вместо песни, свойственной данному виду птиц. Оказалось, что эти птицы никогда не смогут вступить в брак, потому что пение птиц является частью процесса ухаживания. Другим видом поведения животных, который долгое время считался инс- тинктивным, является символические бои собак. Когда два пса встречаются, они могут прореагировать друг на друга по-разному, но наиболее обычным способом является имитация боя не на жизнь, а на смерть с рычанием и укусами. Неопытный наблюдатель может быть напуган их поведением и даже, попытаться разнять очевидно обозленных животных. Опытный же знаток собак просто будет наблюдать за этим боем, прекрасно понимая, что в значи- тельной степени он носит ритуальный, символический характер. Нельзя сказать, что бой не является реальным. Он вполне реален. Двое животных оспаривают первенство друг над другом. Один из них выиграет, если он более агрессивный, сильный и решительный. Бой завершается, когда оба пса понимают, что один из них стал победителем, хотя никто даже не поцарапал друг Друга. Потом происходит удивительная вещь. Побежденный пес ложится, перевертывается и поворачивается так, что его горло остает- ся открытым для победителя. На эту демонстрацию капитуляции победитель реагирует так: встает над поверженным, обнажая клыки и рыча некоторое время. Потом оба начинают прыгать, и бой позабыт. Так разыгрывается бессловесный поединок. Побежденный заявляет: "Я признаю. Ты - сильнее, и я открываю для твоего укуса мое беззащитное горло". Победитель говорит: "Действительно, я оказался сильнее, и я порычу, чтобы показать мою силу, но теперь давай встанем и побегаем". Интересно заметить, что среди высших животных почти нет таких видов, представители которых убивали бы друг друга по каким-либо причинам, хотя они могут драться между собой по самым различным поводам. Среди ко- суль-самцов такие стычки могут дойти до стадии настоящего боя, но, к удивлению, животные атакуют не друг друга, а ближайшие деревья. Некоторые птицы, покричав друг на друга и сильно похлопав крыльями во время прелюдии к бою, завершают на этом свой спор и начинают строить гнезда. АНТИЛОПЫ могут скрестить рога друг с другом в сражении за пер- венство, но бой, хотя он может носить и яростный характер, как правило, ведет не к убийству, а лишь к ритуальному поражению. Животные обучились искусству разрешать свои конфликты в символических действиях, макси- мально используя язык тела. Остается неясным, наследуются ли правила этих символических боев, так же как наследуются инстинкты, или же они заучиваются заново каждым поко- лением животных. Я уже упоминал, что некоторые песни птиц заучиваются ими, а другие являются инстинктивными. Коноплянки обучаются своим песням, а овсянки унаследуют свою способность петь вне зависимости оттого, вступают они в контакт с другими овсянками во время своего развития или нет. Мы должны проявлять осторожность при изучении поведения животных и избегать слиш- ком далеко идущих обобщений. То, .что справедливо .для одних животных, не обязательно является верным для других. Многие ученые считают, что навыки символических боев передаются у животных по наследству, однако один специалист по собакам уверял меня, что этому поведению собаки обу- чаются. "Посмотрите, как ведет себя собака-мать, когда ее щенки дерутся. Если один их них побеждает и хочет довести свою победу до того, чтобы пора- нить другого, мать немедленно вмешивается: отдергивает победителя и учит его уважать поражение своего брата. Нет, я уверен, что собаки обучаются ритуальным боям". С другой стороны, существуют такие собаки, как ездовые лайки эскимо- сов Гренландии, которые с трудом осваивают символическое поведение. Гол- ландский натуралист Нико Тинберген отмечал, что у каждой упряжки этих собак есть своя территория. Молодые щенки постоянно нарушают границы этих территорий, и за это их наказывают старые самцы, которые определяют эти рубежи. Однако щенки упорно не желают признавать эти границы. Так происходит до тех пор, пока они не достигнут половой зрелости. Лишь пос- ле первого полового контакта они неожиданно начинают распознавать точные границы для собак из своей упряжки. Означает ли это, что процесс обуче- ния в конечном счете достигает успеха? Или же инстинктивный процесс раз- вивается лишь по мере сексуального развития? ПЕРЕДАЕТСЯ ЛИ НАШ ЯЗЫК ПО НАСЛЕДСТВУ? Передача по наследству инстинкта не является простым делом. Столь же сложным является и процесс обучения. Очень трудно указать что из комму- никационных связей передается по наследству, а что осваивается путем обучения. Даже у людей не все поведенческие навыки передаются обучением. Рассмотрим этот вопрос на примере бессловесного общения. Существуют ли общие, жесты для людей всех культур мира? Имеются ли способы, с по- мощью которых человек сможет передать информацию любым людям вне зависи- мости от их расы, вероисповедания и культуры? Другими словами, всегда ли улыбка означает веселье, а нахмуренный лоб признак недовольства? Всегда ли покачивание головы из стороны в сторону равносильно знаку "нет"? Означает ли кивание головой сверху вниз, что мы хотим сказать "да"? Являются ли эти телодвижения общими для всех людей в мире, а если это так, то передается ли способность к этим движениям по наследству? Если бы мы с рождения получили в наше распоряжение полный набор жес- тов и иных телодвижений, которые можно было бы использовать в качестве сигналов, то тогда наша система бессловесного общения напоминала бы язык морских свинок или пчел, которые с помощью определенных движений могут привести все население улья к источнику меда. Передаются ли нам по наследству формы общения с другими людьми? Дарвин считал, что выражения лица, которые служат для передачи раз- личных эмоций, едины для всех человеческих существ вне зависимости от культурной среды. При этом он исходил из своей теории об эволюции чело- веческого рода. Однако уже в начале 50-х гг. два исследователя Брюнер и Тагири опубликовали исследование, явившееся плодом тридцатилетней рабо- ты, в котором доказывалось, что единых и неизменных образцов для выраже- ния эмоций не существует. И все же через 14 лет три исследователя: Экман, Фризен (из Нейропси- хиатрического института Лэнгли Портера в штате Калифорния) и Соренсон (из Национального института неврологических заболеваний и слепоты) обна- ружили свидетельства, которые подтвердили положение Дарвина. Они провели свои исследования в Новой Гвинее, на Борнео, в Соединен- ных Штатах, Бразилии и Японии, среди представителей культур сильно отли- чающихся друг от друга на трех различных континентах и пришли к выводу: "Показ одного набора фотографий человеческих лиц, на которых были запе- чатлены различные эмоциональные выражения, вызвал среди представителей всех исследуемых культур одинаковые оценки". По мнению этих трех исследователей, их вывод противоречит теории, ис- ходящей из того, что выражения лица являются результатом заученного по- ведения. Исследователи считали, что мозг человека запрограммирован таким образом, чтобы поднимать уголки губ вверх, когда он испытывает удовлет- ворение, опускать уголки вниз, когда он чем-то недоволен и так далее - в зависимости от эмоций, которые генерируются в мозгу. Помимо этих способов для выражения эмоций исследователи перечислили "обусловленные культурой поведенческие правила, которые усваиваются в начале жизни". "Эти правила, - писали они, - предписывают как выражать то или иное эмоциональное состояние в различных ситуациях в обществе; они зависят от социальной роли человека и его демографических характеристик; они отли- чаются друг от друга в зависимости от типа культуры". В ходе проведения своего исследования его организаторы старались свести к минимуму посторонние влияния. В настоящее время это нелегко сделать из-за повсеместного распространения телевидения, кино и печатных материалов. Однако исследователи старались проводить работу в изолиро- ванных регионах и там, где преобладает неграмотное население. Кажется, эта работа доказала, что мы можем с помощью генетического кода получать и передавать по наследству некоторые основополагающие реакции. Мы рожде- ны с элементами бессловесной связи. Мы можем сделать так, что ненависть, страх, веселое настроение, печаль и другие наши эмоции благодаря нашей мимике, становятся известны другим людям, хотя нас не обучают этому. Разумеется, это непротиворечивому, что мы должны также научиться мно- гим жестам, которые означают одно в одном обществе и нечто иное - в дру- гом обществе. В западном мире мы привыкли покачивать головой из стороны в сторону для того, чтобы сказать "нет" и кивать головой сверху вниз, чтобы сказать "да", но в ряде общин в Индии смысл этих жестов будет про- тивоположным. Движение головой сверху вниз будет означать отрицательный ответ, а покачивание головой из стороны в сторону - положительный. Мы можем понять, что наш бессловесный язык является результатом от- части инстинктов, отчасти обучения, отчасти подражания. Позже мы расс- мотрим в какой степени имитация является важным элементом в системе сло- весного и бессловесного общения. "ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ ИМПЕРАТИВ" Одно из ощущений, которое обретает человек генетически, является так называемое "чувство пространства". В свой интереснейшей книге "Террито- риальный императив" Роберт Ардри проследил развитие ощущения "своей тер- ритории" от животных до человека. В этой книге он рассказывает, как осу- ществляется разметка "своей" территории животными, птицами, рыбами и на- секомыми. Для некоторых видов границы территории являются временными и меняются с каждым временем года. У других видов животных эти границы яв- ляются постоянными. Ардри утверждает в своей книге, что "ощущение терри- тории человека является генетическим и от него невозможно избавится". Проведя широкие исследования над животными, он описал генетические программы поведения В животном мире, подчеркнув связь между половым воспроизводством и ощущением территории. Ключем к генетическому коду, по мнению Ардри, является ощущение территории. Именно "территориальный им- ператив" заставляет животных и людей захватывать, удерживать и защищать определенную территорию. Возможно, что в каждом человеке существует стремление обладать и за- щищать территорию и, вполне возможно, что это стремление является при- рожденным. Однако мы не всегда можем переносить животные инстинкты на человека, а человеческими поступками объяснять животные инстинкты. "Территориальный императив" существует у всех животных и у некоторых людей. У людей он может быть усилен одной культурной традицией и ослаб- лен другой. Но нет сомнения, что некоторая потребность в территории су- ществует практически у всех людей. Необходимо лишь узнать насколько эта потребность является настоятельной. Одним из самых страшных драматических произведений последних лет яв- ляется пьеса "Дом", написанная Миган Терри. В ней изображен мир будуще- го, в котором демографический взрыв уничтожил все представления о личной территории. Все люди живут в сотах гигантского улья, в который преврати- лась наша планета. Целые семьи живут в одной и той же комнате всю жизнь, никогда не покидая ее. В этой, фантастической истории личная территория перестала существовать. Возможно, именно поэтому пьеса производит столь сильное впечатление. Кажется, что развитие наших современных городов приведет к ликвидации личной территории. Целые семьи заполняют комнаты, которые громоздятся одна над другой до головокружительных высот. Мы едем в лифтах, тесно прижавшись друг к другу, нами заполняют вагоны метро так, что мы не можем пошевелить ни рукой, ни ногой. Нам предстоит еще понять, что происходит с человеком, когда он лишен своих территориальных прав. Мы знаем, что у человека есть чувство территории, потребность иметь оболочку территории вокруг себя. Эта оболочка может быть различной: от узкой раковины городской квартиры до более крупного пространства, вклю- чающего двор и дом человека, который живет в пригородном районе, и до широких просторов, которыми наслаждается сельский житель. СКОЛЬКО ПРОСТРАНСТВА НУЖНО ЧЕЛОВЕКУ" Мы не знаем сколько пространства нужно отдельному человеку, но для нашего исследования бессловесного языка важно установить, что происходит с отдельным человеком, когда невидимая оболочка его пространства или территории находится под угрозой или подвергается нападению. Не так давно я обедал с одним психиатром. Мы сидели в приятном ресто- ране за стильным маленьким столиком. В ходе нашей беседы он взял пачку сигарет, закурил одну и положил пачку перед моей тарелкой. Он продолжал разговаривать, а я его слушал, но меня что-то беспокоило, и по мере раз- говора я все больше ощущал внутреннюю тревогу. Мой знакомый между тем стал передвигать посуду по столу, приближая эти предметы все ближе и ближе к моему краю. Потом он наклонился через стол ко мне, продолжая из- лагать свою точку зрения. Однако я не очень внимательно слушал его аргу- менты, потому что испытывал все большее беспокойство. Наконец, он сжалился надо мною и сказал: "Я просто преподал тебе эле- ментарный урок бессловесного языка". Удивленный, я спросил его: -- Каким образом? - Я агрессивно угрожал тебе и бросил вызов. Я поставил тебя в такое положение, чтобы ты был вынужден защищаться, и это стало беспокоить те- бя. Все еще не понимая в чем дело я спросил его: -- Но как? Что ты делал? -- Для начала я стал передвигать сигареты, - объяснил он. - По бессловесному соглашению мы разделили с тобой стол на две части: половина - тебе, половина - мне. - Я не знал о таком соглашении. - Конечно, не знал. Однако все при- держиваются такого правила. Мы разделили эту территорию на две части в уме. Обычно мы делим стол путем такого цивилизованного, но невыраженного словами соглашения. Но я нарочно подвинул свою пачку сигарет в твою зо- ну. Хотя ты не осознал, что я сделал, ты почувствовал угрозу с моей сто- роны, ощутил беспокойство. Когда же я продолжил агрессию, стал передви- гать тарелки и столовые приборы на твою территорию, ты стал все больше и больше беспокоиться, хотя не понимал причины этого. Так я первый раз познакомился с тем, что каждый из нас владеет своей территориальной зоной. Мы переносим эти зоны с собой и по-разному реаги- руем на их нарушения. Впоследствии я сам попытался вторгаться в чужие зоны, когда мой собеседник не подозревал, что я делаю. Однажды я ужинал в итальянском ресторане вместе со своей супругой и другой парой. Ради эксперимента я передвинул бутылку с вином в "зону" моего друга. Затем, продолжая разговаривать, я сдвинул салфетку и стакан с вином на "территорию" своего собеседника. Он стал ерзать в кресле, отодвинулся от стола, а затем совершенно неожиданно взял буылку с вином и вернул ее на прежнее место. Таким образом, он перешел к обороне, а затем к контрнаступлению. Из этих домашних опытов можно сделать следующие выводы. Вне зависимости от того насколько органиченным является окружающее нас пространство, у каж- дого из нас имеется зона или территория - та область, которую мы будем стараться сохранить от внешнего вторжения. Каким образом мы будем защи- щать эту область, как мы реагируем на внешние посягательства на нее, можно наглядно увидеть, рассчитать и во многих случаях использовать в конструктивных целях. Все эти реальности составляют основу для бессло- весного общения. Охрана личных зон является одним из главных принципов бессловесного общения. Способы охраны границ наших личных зон и признание нерушимости чужих границ определяют характер наших взаимоотношений с другими людьми. ГЛАВА 3 КАК МЫ ОБРАЩАЕМСЯ С ПРОСТРАНСТВОМ ПРОСТРАНСТВО, КОТОРОЕ ТЫ НАЗЫВАЕШЬ СВОИМ Среди квакеров известна история про члена городской общины "Общества друзей" *, который зашел в Дом * "Общество друзей-" - официальное название религиозной организации квакеров. Они проводят свои собрания, которые начинаются с продолжи- тельного молчания, без соблюдения религиозной литургии и без священников в Домах Собраний. (Прим. персе.) 2 Язык тела Собраний в небольшом поселке. Здание было явно заброшенным, но оно привлекло его внимание с точки зрения архитектуры, и городской квакер решил посетить воскресное собрание, хотя его предупредили, что на собра- ния приходят не более пары местных жителей* . Когда он вошел в помеще- ние, он обнаружил что зал Собрания пуст. Сквозь старинные окна светй^^лице, озаряя пустые ряды. - Приезжий опустился на скамью и сидел там, ощущая вокруг себя лишь умиротворяющую тишину. Неожиданно он услыхал возле себя кашель. Взгля- нув, он увидел бородатого квакера, который стоял возле его скамьи. Он был одет в старомодную одежду и, казалось, что сошел со страниц учебника истории. Приезжий улыбнулся в знак приветствия, но квакер нахмурился, снова кашлянул и сказал: "Извини меня, если я тебя обижу, но ты сидишь на моем месте". Настойчивость старого человека, желавшего сесть на свое место в со- вершенно пустом зале, забавна, но она весьма правдоподобна. Обычно, если вы регулярно ходите в церковь в течение долгого периода времени, вы вы- деляете себе "собственное" место. В нашем доме у отца было свое кресло, oотя, мы терпели, когда в него садился гость, нам было это нелегко выдержать. У матери была своя кухня, и ей совсем не нравилось, когда во время своих визитов к нам ее мать завладевала "ее" кухней. У людей есть свои любимые места в поездах" любимые скамейки в парках, кресла на конференциях и так далее. Возможно, в этом проявляется потребность в территории, желание наз- вать место своим собственными Может быть, эта потребность является при- рожденной и всеобщей, хотя она претерпела многообразные изменения под воздействием развития Общества и культуры. Рабочий кабинет может подхо- дить для служащего, а может и оказаться слишком мал, в зависимости от того, как расставлены там стол и кресло. Если, человек может откинуться в кресле так, что Он не дотронется до стены или шкафа, то очевидно, что размеры кабинета достаточны для него. Но если в большом кабинете стол поставлен таким образом, что служащий упирается в стену, когда откидыва- ется назад, то ему кажется эта комната слишком тесной. НАУКА, НАЗЫВАЕМАЯ ПРОКСЕМИКОЙ Доктора Эдуарда Т. Холла, профессора антропологии Северо-западного университета, давно интересовал вопрос о том, как человек реагирует на пространство, окружающее его, и каким образом использование им окружаю- щего пространства является способом передачи информации другим людям. Изучая личное пространство человека, доктор Холл создал термин "проксе- мика" для описания своей теории и своих наблюдений относительно террито- риальных зон итого, как мы их используем. Доктор Холл считает, что использование человеком пространства имеет решающее значение для человеческих взаимоотношений, и прежде всего для выяснения степени близости между людьми. Профессор пришел к выводу, что у каждого человека есть свои территориальные потребности. Доктор Холл распределил эти потребности и выделил четыре ярко выраженные зоны, внут- ри которых действует человек. Он назвал их зонами: 1) интимной близости; 2) личной близости; 3) социального контакта; 4) общественной дистанции. Как можно догадаться, расстояние между людьми от одной зоны к другой возрастает по мере того, как степень близости между ними уменьшается. Расстояния в зоне интимной близости могут варьироваться от максимума сближения в 15 сантиметров до минимума в 45 сантиметров. Максимальная степень сближения предполагает любовные отношения, тесную дружбу, привя- занность детей к своим родителям или друг к другу. Когда вы находитесь на максимально близкой интимном расстоянии к сво- ему партнеру, он невольно захватывает все ваше внимание. По этой причине такой контакт между двумя мужчинами может создавать ощущение неловкости и неудобства. Находиться на расстоянии интимной близости между мужчиной и женщиной - вполне естественно. Когда же мужчина и женщина, которые не находятся друг с другом в интимных отношениях, оказываются друг с другом на расстоянии "интимной близости" такая дистанция между ними вызывает у них смущение. По правилам нашей культуры интимное расстояние между двумя женщинами в обществе вполне допустимо. В арабском же мире такое расстоя- ние допустимо и между двумя мужчинами. В арабских, а также других стра- нах Средиземноморья мужчины часто ходят по улице" взявшись за руки, что кажется совершенно недопустимым для двух взрослых мужчин в США. Если в условиях современного американского города люди оказываются случайно приближенными друг к другу на интимное расстояние, они автома- тически стараются соблюдать определенные правила поведения. Так, напри- мер, когда они оказываются в переполненном батоне метро или кабине лиф- та, они стараются стоять неподвижно и не дотрагиваться до соседей" Если они случайно прикасаются к стоящим рядом людям, они напрягают мускулы в зоне прикосновений. Этим самым они как бы говорят: "Я прошу вашего про- щения за вторжение в ваше пространство, но обстоятельства заставили меня так поступить. Разумеется, я уважаю вашу личную территорию и совсем не хочу навязать вам интимную дистанцию". Если же они расслабятся в таком положении и позволят своим телам соп- рикасаться, то они допустят очевидную ошибку в социальном поведении. Я часто наблюдал, как женщины в переполненном вагоне метро рычали на посторонних мужчин: "Не смейте делать это!", просто потому что те не- вольно расслаблялись, прикасаясь к их телам. Рычание становится еще рез- че, если мужчина расслабляется, коснув Кроме того, находясь в переполненном вагоне или кабине лифта, мы не должны глазеть. Существует неписаный закон, гласящий, что можно некото- рое время смотреть на другого человека, но затем следует отвести свой взгляд в сторону. Мужчина, который забывает об этом правиле, рискует по- лучить неприятное Замечание. Однажды в одном учреждении я ехал в лифте со своим знакомым. На че- тырнадцатом этаже в кабину вошла красивая девушка, и мой приятель стал рассеянно смотреть на нее. Девушка краснела и краснела, а когда лифт ос- тановился на первом этаже, она воскликнула: "Ты что, девушек не видел, старый пошляк!" Мой друг, которому еще не исполнилось и сорока, повер- нутся ко мне с удивлением и спросил меня: "А что собственно Я сделал? ". На самом деле он нарушил одно из основных правил бессловесной связи: "Если ты незнаком с человеком, постарайся побыстрее отвести от него свой взгляд" Следующей зоной, описанной Холлом, является зона личной близости. Здесь также можно выделить два предела - максимальный и минимальный. Максимальный предел личной близости составляет примерно от 50 до 80 сан- тиметров. На этом расстоянии вы можете взять за руку своего партнера. По оценке Холла, жена может находиться на таком расстоянии от своего мужа. Однако, если Другая женщина приближается к нему на такое расстоя- ние, ЭТО может означать, что у нее есть определенные замыслы в отношении него. В то же время такое расстояние обычно принято соблюдать на приемах во время бесед с коктейлем в руках. Крайний предел зоны личной близости, по определению Холла, составляет от 80 до 130 сантиметров. На этом расстоянии все труднее дотрагиваться до вашего партнера, и все же вы находитесь достаточно близко, чтобы вес- ти дискуссии по личным вопросам. Примерно на таком расстоянии друг от друга останавливаются знакомые люди на улице, чтобы немного поболтать. Во время вечеринки гости часто, начиная беседу с такого расстояния, пос- тепенно сближаются и достигают максимума сближения, указанного выше. С помощью соблюдения этого расстояния можно передать много сигналов: от "я немного сторонюсь вас" до "я выделил вас среди прочих гостей, и вы мне намного ближе, чем остальные". СОЦИАЛЬНЫЙ КОНТАКТ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ДИСТАНЦИЯ Расстояния в социальном контакте могут быть ближними и дальними. Ближний социальный контакт составляет от 130 сантиметров до 2 метров. С такого расстояния мы ведем деловые беседы. На этом расстоянии мы прини- маем клиента, прибывшего в наш офис, нового сотрудника фирмы или разго- вариваем с нашим начальником. Мы соблюдаем примерно такую дистанцию во время случайных сборищ людей. В то же время такое расстояние может ис- пользоваться для воздействия на собеседников. Начальник использует это расстояние для того, чтобы оказывать психологическое воздействие на под- чиненного: на такой дистанции начальник, стоящий над сидящей секретар- шей, кажется выше ростом, массивнее, и он господствует над значительной частью обозреваемого пространства. Он таким образом подчеркивает мысль: "ты работаешь на меня", хотя он и не произносит Таких слов. Наибольшее расстояние в зоне "социального контакта" составляет от двух до трех с половиной метров, У "большого начальника" может быть стол такой длины, который помогает ему отстраняться от своих подчиненных. Он может также оставаться в сидячем положении и взирать на своих подчинен- ных, не теряя своего социального статуса: люди стоят перед ним в полный рост. На таком расстоянии не полагается ограничиваться быстрым взглядом и отводить глаза в сторону. Традиция требует, чтобы вы смотрели вашему со- беседнику в глаза. По мнению доктора Холла, неспособность удержать взгляд равносильна уходу от разговора. В то же время это расстояние открывает возможность для защиты. Нахо- дясь на таком расстоянии, вы можете продолжать работу, и это не будет проявлением невежливости с вашей стороны. С другой стороны, вы можете прервать работу и вступить в разговор. В учреждениях необходимо соблю- дать эту социальную дистанцию между посетителем и секретарем в приемной, потому что последняя должна продолжать свою работу, а вовсе не болтать с ним. Если бы расстояние между ними было короче, то продолжение работы секретарем могло быть расценено как признак грубости. Муж и жена поддерживают дома вечерами такое расстояние друг от друга, чтобы отдохнуть и расслабиться. Они могут говорить друг с другом, если пожелают, или просто почитать, а не беседовать. Безличный характер тако- го социального расстояния проявляется в том, что его соблюдают при встрече дальних членов семьи. Часто требуются дополнительные усилия, чтобы преодолеть такое расстояние и создать атмосферу более интимной близости. Наконец, доктор Холл упоминает "общественную дистанцию" - наиболее далекое расстояния " межличностных отношениях. Близкая "общественная дистанция" составляет от трех с половиной до пяти метров Такое расстоя- ние лучше всего подходит для неформальных собраний, таких как встреча учителя со студентами или начальника со своими подчиненными. Дальняя "общественная дистанция" составляет от семи с половиной метров и более. На таком расстоянии политические лидеры встречаются с народом. На таком расстоянии можно обеспечить безопасность политического деятеля. Кстати, именно на такое расстояние животные могут подпускать к себе особей дру- гого вида, прежде чем убежать от них. В этой связи стоит сказать несколько слов о том, Что люди часто оши- баются, пытаясь объяснить отношение животных к расстояниям и территории. Типичным примером является поведение дрессировщика со львом. Лев убегает от человека, когда тот слишком близко подходит к нему и входит в его зо- ну "опасности". Однако, когда льву отступать больше некуда, а Человек продолжает на него наступать, то лев разворачивается и начинает насту- пать на того. Дрессировщик использует эти реакции животного для цирково- го выступления. Он входит в клетку со львом и начинает на него насту- пать. Зверь отступает до конца клетки. Когда же ему некуда идти, он, в соответствии со своей природой, начинает рычать и наступать на дресси- ровщика. Обычно он Движется по прямой. Используя это обстоятельство, дрессировщик ставит между собой и львом платформу. Лев, продолжая дви- гаться по прямой, забирается на платформу, чтобы добраться до дрессиров- щика. В это время дрессировщик быстро выходит из львиной зоны "опаснос- ти", и лев прекращает свое наступление. Зрители, присутствующие на представлении, объясняют действия льва тем, что его пугает оружие, которое держит дрессировщик, его хлыст, стул, которым он манипулирует. Им кажется, что дрессировщик этим показы- вает льву опасность нападения на него. Так они прочитывают знаки бессло- весного языка, но эта" прочтение ошибочно. На самом деле концовка диалога, происходящего между львом и дресси- ровщиком, звучит так. Лев: "Убирайся из моей зоны, а то я нападу на те- бя". Дрессировщик: "Я ушел из твоей зоны". Лев: "Очень хорошо. Я оста- новлюсь здесь". При этом не имеет значения, что означает "здесь". Дрессировщик подменил понятия, и "здесь" в данном случае означает платформа. Точно таким же образом политические деятели или актеры на сцене дела- ют ряд заявлений на бессловесном языке тела, которые производят впечат- ление на аудиторию, хотя и не обязательно передают правдивую информацию. На этой далекой "общественной" дистанции очень трудно рассказать на языке тела правду, и гораздо легче обмануть своими телодвижениями. Акте- ры прекрасно знают об этом и в течение многих веков используют расстоя- ние, отделяющее сцену от зрителей, для создания всевозможных иллюзий. На этом расстоянии жесты актеров должны быть аффектированными, стили- зованными и гораздо более символичными, чем на более близких расстояниях в межличностных отношениях. Сочетание дальних и крупных планов в кино и на телевизионном экране требует другого языка тела. Движение век или дрожание губ в кадре, сня- тые крупным планом, передают такую же информацию, как и широкий жест ру- кой или движение всего тела в кадре, снятые на дальнем плане. При съемке крупным планом движения всего тела теряются. Возможно, по этой причине актерам кино и телевидения так нелегко приспособиться к те- атральной сцене. Сцена часто требует жестко обусловленных актерских движений из-за расстояния между актерами и аудиторией. Сегодня, протестуя против этой традиционной техники, ряд театральных деятелей хотят избавиться от расс- тояния, существующего между актером и зрителем. Актеры либо спускаются в зрительный зал, либо приглашают зрителей на сцену. В этих условиях спектакль становится менее структурированными Нет никакой гарантии того, что аудитория будет реагировать так, как вы этого хотите. Спектакль становится более бесформенным. В нем исчезает сюжет и остается лишь центральная идея. В этих условиях язык тела становится трудным орудием для актера. Он должен отказаться от многих символических жестов, которые он использо- вал, потому что они не смогут оказать нужного воздействия на этих корот- ких расстояниях. Вне зависимости от того, насколько он сумел войти в роль, он уже не может полагаться на естественный язык тела, с помощью которого он обычно выражал свои чувства. Надо еще посмотреть, будут ли жесты, которые используются на близком расстоянии, более эффективными, чем те жесты, которыми пользовались на сцене. Следует также учитывать, что жесты, которые использовались на сцене, стали частью культуры. Например, японский театр "кабуки" имеет в своем распоряжении отточенные символические жесты, которые настолько тесно связаны с национальной культурой, что половина из них остается не- понятой западной аудиторией. ОТНОШЕНИЕ РАЗЛИЧНЫХ КУЛЬТУР К ПРОСТРАНСТВУ Есть язык тела, который понятен во всех странах мира. Движения ма- ленького бродяжки Чарли Чаплина в немых кинофильмах были понятны во всем мире и вызывали смех во всех странах, включая технически отсталые страны Африки. Однако все же культура является главным фактором, определяющим содержание языка тела и особенно отношение к территории. Особое внимание доктор Холл уделил значению проксемики в различных культурах. Например в Японии, по мнению Холла, скученность людей является признаком теплой и приятной интимной близости. Холл отмечает, что в некоторых ситуациях лю- ди предпочитают находиться как можно ближе друг к другу. Доктор Кин, написавший книгу "Живая Япония", подчеркивал, что в японском языке нет слова для обозначения "уединение". Это вовсе не озна- чает, что у японцев нет представления о том, что такое "уединение" Для японца понятие "уединение" связано только с личным домом. Он рассматри- вает эту область как свою собственную и с негодованием отвергает вторже- ние в нее. Эта потребность в личном пространстве не противоречит и даже странным образом сочетается с желанием к близости с другими людьми. Доктор Холл видит в этом проявление японского отношения к прост- ранству. Для людей из западных стран пространство - это расстояние между предметами. Для нас пространство пусто. Японцы воспринимают прост- ранство, его форму и организацию, как осязаемые предметы. Это проявляет- ся не только в том"- как они создают композиции из цветов или украшают интерьер, но и в разбивке садов и парков, где отдельные элементы прост- ранства гармонично соединяются в едином целом. Как и японцы, арабы стремятся быть как можно ближе друг к другу. Но, если на людях арабы неизменно пребывают скученно, то внутри арабских до- мов слишком много пустоты. Арабские дома большие и пустые, а люди внутри них скучены на небольшом пространстве. Перегородок между комнатами обыч- но нет, потому что несмотря на желание иметь в своем распоряжении как можно больше пространства, арабы не любят быть в одиночестве и скучива- ются вместе в своих просторных домах. Между арабской и японской скученностью существует принципиальное раз- личие. Араб любит дотрагиваться до своего компаньона, осязать и обонять его. Если вы не хотите дышать на вашего друга, это значит, что вы стыди- тесь его. Хотя японцы стараются быть поближе к другим людям, они сохраняют оп- ределенную формальность и возвышенность. Они умудряются притрагиваться друг к другу и в то же время сохранять жесткие границы вокруг себя. Араб отбрасывает эти границы прочь. Помимо этой любви к скученности в культуре арабского мира много тол- котни и совместного использования единого пространства, что так раздра- жает американцев. Для американцев существуют границы в общественном месте. Когда он стоит в очереди, то ему кажется, что его место нерушимо. Араб не призна- ет уединенности в общественном месте и, если он сможет влезть в очередь, он считает, что он вправе так сделать. Точно так же, как отсутствие у японцев специального слова для "уеди- ненности" выражает их отношение к другим людям, отсутствие у арабов спе- циального слова для "изнасилования" в определенной степени показывает их отношение к телу. Для американца тело - священно. Для араба, которому ничего не стоит толкнуть, пихнуть человека на улице и даже ущипнуть жен- щину, агрессия против тела - не столь страшное преступление. Однако на- силие против личности, совершенное в виде оскорбления, для араба - серьезная проблема. В то же время, как подчеркивает Холл, араб вне зависимости от того, насколько близко он хочет оказаться к своим ближним, время от времени стремится побыть один. Для того, чтобы остаться одному, он перерезает линии коммуникации. Он уходит в себя, и этот уход уважают его окружаю- щие. Его уход в себя выражает на языке тела мысль: "Мне нужно уединение. Несмотря на то, что я физически с вами, дотрагиваюсь до вас и живу с ва- ми, я должен удалиться в свою скорлупу" Если с таким уходом в себя столкнется американец, он будет считать такое поведение оскорбительным. Уход в себя будет истолкован на языке тела, как нежелание общаться или разрыв отношений. Такое поведение будет расценено как оскорбление. Когда два араба разговаривают друг с другом, они напряженно смотрят в глаза друг другу. В американской культуре не принято, чтобы мужчины смотрели другу другу в глаза с такой интенсивностью. Типичная реакция американца на такой взгляд араба - следующая: "Мне очень не понравилось, как он смотрел мне в глаза. Казалось, что он хотел чего-то личного, а то и интимного". КАК ЛЮДИ ЗАПАДА ОБРАЩАЮТСЯ С ПРОСТРАНСТВОМ До сих пор мы рассматривали язык тела с точки зрения тех различий, которые существуют между Ближним и Дальним Востоком, с одной стороны, и Западом, с другой. Однако среди западных стран существует также огромная разница. Например, американцы и немцы обращаются с полупространством по-разному. Американец носит вокруг себя полуметровый пузырь уединения, и если друг хочет поговорить с ним по поводу интимных дел, он должен по- дойти к нему достаточно близко, чтобы их пузыри слились вместе. Для нем- ца вся комната в его доме может быть пузырем интимности. Если кто-то вступает в интимную беседу в его собственной комнате и не подключает его самого, он почувствует себя оскорбленным. Холл не исключает того, что такие размеры личного пространства объяс- няются тем, что в отличие от арабов личность немца "чрезвычайно уязви- ма". По этой причине немец предпринимает всевозможные усилия для того, чтобы сохранить свою личную сферу. Во время второй мировой воины немец- ких военнопленных помещали по четыре человека в хижину. Холл замечал, что, как только они оказывались в хижине, тут же начинали делить имеюще- еся пространство на свои личные территории. На открытых площадках немцы сразу же принимались мастерить личные жилища. Немецкая "уязвимая лич- ность" объясняет жесткость поз и общее отсутствие гибкости в телодвиже- ниях. Такая жесткость может быть защитой или маской. Неконтролируемые движения могут скрыть правду. Конструкция домов в Германии обеспечивает максимум уединения. Дворы тщательно огорожены, балконы за непроницаемыми барьерами. Двери неизмен- но заперты. Когда араб стремится к уединению, он уходит в себя. Когда уединения желает немец, он прячется за закрытой дверью. Это желание нем- цев к уединению, их стремление найти определенную личную зону, которая не нарушает чужих рубежей проявляются в их поведении в очередях. Стоя в очереди в кассу в немецком районе США, я слушал, как два немца говорили обо мне, по мере того, как мы чинно продвигались вперед. Вдруг, когда от меня до кассы оставалось буквально два шага, к окошечку подошли два молодых человека, которые, как я позже узнал, были поляками. Они по- пытались купить билеты без очереди. Немедленно разгорелся скандал. - Эй, что вы лезете без очереди! Встаньте в очередь! - Пошли вы к черту! Это свободная страна. Никто вас не просил выстраиваться в очередь, - ответил один из поляков, пробираясь к окошечку кассы. - Вы, немчура, просто любите ходить стадом, - подхватил другой поляк. Порядок был установлен двумя полицейскими. Оказавшись в зале, я подо- шел к полякам. - Зачем вы это устроили? Вы хотели организовать беспорядок? Один их поляков ухмыльнулся: "Нет, мы просто хотели их немного расше- велить. Зачем устраивать очередь?" Когда я обнаружил, что они поляки, я понял их поведение. В отличие от немцев, которые точно знают, где они находятся и чувствуют, что лишь соблюдение некоторых правил служит га- рантией цивилизованного поведения, для поляков признаком цивилизованного поведения служит вызов общепринятым нормам и воле властей. Отношение англичанина к пространству отличается от немецкого - он не ощущает полного уединения в своей комнате. Английское поведение отлича- ется и от американского. Когда американец хочет уйти в себя, он куда-ни- будь уходит. Возможно из-за воспитания в школьных общежитиях и нехватки личного пространства англичанин, которому хочется побыть одному, уходит в себя, как араб. Заявление, сделанное на английском языке тела, которое гласит: "Я ищу уединения на некоторое время", часто прочитывается американцами так: "Я На тебя разозлился и не хочу иметь с тобой ничего общего". В английской социальной системе уединение обеспечивается структурой общественных отношений. В Америке вы разговариваете со своими ближайшими соседями просто потому, что вы находитесь в физической близости к ним. Если вы являетесь соседом кого-нибудь в Англии - это еще не гарантия то- го, что вы знаете его или разговариваете с ним. Существует рассказ об одном американском студенте, который встретил английскую леди на борту океанского лайнера. Леди совратила молодого че- ловека, и у них был бурный роман. Через месяц студент попал на званый обед в Лондоне и среди гостей увидел леди X. Приблизившись, он обратился к ней: "Привет! Как дела?" Взглянув на студента сверху вниз, леди X. процедила: "Мне кажется, что мы не представлены друг другу". "Но... - запинаясь начал студент, - вы ведь не забыли меня?" Потом, осмелев, он сказал: "Послушайте, всего месяц назад мы спали в одной пос- тели во время поездки по океану". "А с чего вы взяли, - заметила холодно леди Х" - что из этого следу- ет, будто мы были представлены друг другу?". В Англии отношения строятся не на основе физической близости, а в со- ответствии с социальным положением. Если ваше социальное положение не является равным, то вы можете и не быть другом вашего соседа. Это явле- ние английской культуры является не только следствием английской исто- рии, но и перенаселенности страны. Как и англичане, французы являются нацией, живущей в перенаселенной стране, но иная история культуры приве- ла к другому культурному результату. В то время как скученность застави- ла англичан чрезвычайно ценить уединение, во Франции она привела к тому, что люди гораздо больше участвуют в жизни друг друга. Француз смотрит вам прямо в глаза во время разговора. Парижанок вни- мательно разглядывают на улице. Многие американки, возвращающиеся домой из Парижа внезапно обнаруживают, что их перестали замечать. Своим взгля- дом француз передает бессловесное послание: "Ты привлекательна. Вероят- но, я никогда не познакомлюсь и не заговорю с тобой, но ты мне нра- вишься". Ни один американец не смотрит так на женщину. Здесь выражение восхи- щения женщиной может быть истолковано как грубость. Во Франции скученность отчасти вызвана тем, что люди вовлечены в жизнь других людей, отчасти же озабоченностью пространством. Различие между французами и американцами в отношении к пространству проявляется в планировке и организации парков. Французы с благоговением относятся к открытым площадкам. Любовь к ним заметна и в городской архитектуре. Мы относимся к пространству по-иному. В Нью-Йорке мы живем в чрезвы- чайно скученном городе, и по этой причине там развилась ярко выраженная потребность в уединении. Житель Нью-Йорка известен своей "недружелюб- ностью", и это недружелюбное отношение развилось из-за уважения к уеди- нению своего соседа. Мы не будем вмешиваться в это уединение, поэтому мы игнорируем друг друга в лифтах, вагонах метро, на переполненных улицах. Мы бредем по жизни, пребывая в своих уединенных мирках, и когда обс- тоятельства сближают нас, мы пребываем в состоянии крайнего волнения, вызванного опасениями, что наши мотивы будут неверно истолкованы. На языке тела мы восклицаем: "Мне пришлось дотронуться до вас, но напряжение моих мышц показывает вам, что я не имел намерения вторгнуться в вашу зону". Вторжение в чужую зону - это худший грех. Заговори с нез- накомым человеком в Нью-Йорке, и ответной реакцией будет испуг или тре- вога. Только в минуты острого кризиса все барьеры падают, и тогда мы пони- маем, что жители Нью-Йорка отнюдь не являются недружелюбными людьми, а скорее всего застенчивыми и запуганными. Во время Великой Аварии Северо- восточной электростанции* жители города стремились найти друг друга, чтобы помочь, утешить, приободрить ближних. В течение нескольких часов в темном городе жизнь била ключом. Потом зажглись огни, и мы снова замкнулись в нашу скорлупу уединения. За пределами Нью-Йорка, в маленьких американских городках, отношение людей друг к другу болев теплое и открытое. Люди говорят "Привет!" нез- накомцу и часто вступают с ним в небольшой разговор. Однако в наиболее маленьких городках, где каждый знает друг друга и так мало уединения, незнакомец может столкнуться с таким же отчужденным отношением, как и в большом городе. * Эта авария, погрузившая практически песь Нью-Йорк в темноту, прои- зошла в 1965 г. Другая подобная авария произошла в 1977 г. и была ознаменована массовыми грабежами и насилиями в наиболее бедной части Нью-Йорка - Южном Бронксе. (Прим. перев.) ГЛАВА 4 КОГДА ПРОИСХОДИТ ВТОРЖЕНИЕ В ЧУЖОЕ ПРОСТРАНСТВО ЗАЩИТА ЗОН ТЕЛА На первых порах трудно увидеть связь между личным пространством, зо- нами или территориями, с одной стороны; и кинесикой - языком тела, с другой. Но если мы не поймем основных принципов, которые определяют ин- дивидуальные территории, мы не сможем понять, что происходит при вторже- ний в эти территории. Реакция на вторжение в нашу территорию неразрывно связана с языком тела. Чтобы знать, какие сигналы мы подаем и принимаем, мы должны хорошо изучить нашу реакцию на чужую агрессию и нашу агрессив- ность в отношении чужих территорий. Возможно, наиболее ярким рассказом- о принципе нерушимости личных границ является роман "Голубая лагуна", написанный почти полвека назад де Вере Стакпулом. В нем рассказывается о ребенке, который в результате кораблекрушения оказался выброшенным на тропический остров вместе со старым матросом. Моряк растил ребенка, пока тот не смог обеспечивать се- бе самостоятельного существования, а затем умер. Мальчик рос один на не- обитаемом острове, затем встретил там полинезийскую девушку, в которую влюбился. Однако местный обычай сделал девушку запретной для прикоснове- ний мужчин. Действие захватывающего и трогательного романа посвящено борьбе двух влюбленных, стремящихся преодолеть власть табу. Стакпул раньше многих других понял, какую роль в жизни людей играют личные зоны, их границы и борьба за их преодоление или их защита. Однако лишь в последнее десятилетие ученые начали осознавать сложную и противо- речивую роль личного пространства. В предыдущей главе я рассказал о том, как психиатр с помощью пачки сигарет преподал мне урок о вторжении в личное пространство. Я в свою очередь поделился с ним моими знаниями о поведении психически больных. Лечебница для таких пациентов - это закрытый мир, и как таковой он отра- жает и преувеличивает многие стороны большого внешнего мира. Но больница для умалишенных - это все же специфическое учреждение. Его обитатели го- раздо в большей степени поддаются внушению и склонны к агрессии, чем нормальные мужчины и женщины. Часто их поведение искажает действия нор- мальных людей. Агрессивность психически больного по отношению к другому зависит, от положения последнего в иерархии. В любой лечебнице для психически больных пациент добивается господствующего положения с помощью агрессив- ного поведения. Однако его могут утихомирить санитары. Те, в свою оче- редь, подчиняются медицинским сестрам, которые слушаются врача. Эта иерархия психиатрической больницы отражает порядок, существующий в армии или деловой фирме. В армии господство и подчинение достигается системой символов, погон и нашивок для рядового, сержантского и офицерс- кого состава. Но даже без знаков отличия иерархический порядок строго соблюдается. Я видел, как в душевой солдаты проявляли подобострастие по отношению к сержантам, хотя они и не знали, в каком они чине. Сержанты умели своими манерами и поведением передать на языке тела свое воинское звание. СОВЕТ ДЛЯ ТЕХ, КТО СТРЕМИТСЯ ПОВЫСИТЬ СВОЙ СОЦИАЛЬНЫЙ СТАТУС В деловом мире, где нет места знакам отличия и другим регалиям, на- чальство легко умеет на языке тела передать свое превосходство над под- чиненными. Каким образом? К каким приемам прибегает начальник, чтобы подчинить других людей? Два исследователя предприняли попытку изучить эти приемы с помощью немого фильма. Актеры сыграли начальника и подчиненного в различных сценках. Они изобразили, как посетитель входит в кабинет, в котором за столом сидит человек. Зрителям, которые просмотрели эти сценки, было предложено дать оценку поведения начальника и посетителя. Их оценки и пояснения позволили заме- тить ряд закономерностей. По мнению зрителей, статус посетителя был са- мый низкий, когда он останавливался в дверях и оттуда начинал обращаться к человеку, сидевшему за столом. Его положение было повыше, когда он преодолевал половину пути до письменного стола. Он занимал самое высокое положение, когда он подходил прямо к столу и оттуда начинал вести разго- вор с начальником. Другим признаком, по которому определяли положение посетителя, было время, которое проходило между его стуком в дверь и вхождением в каби- нет. Статус же начальника определяли по времени, которое проходило от того момента, когда он услыхал стук в дверь и отозвался. Чем медленнее посетитель входил к начальнику, тем ниже был его статус. Напротив, чем, медленнее начальник отзывался на стук в дверь, тем выше было его положе- ние. Очевидно, что в данном случае речь идет об отношении к территории. Посетителю разрешают войти на территорию начальника, и такая организация отношений в пространстве автоматически придает последнему статус превос- ходства. То, как далеко и насколько быстро посетитель входит на чужую террито- рию, или другими словами, в какой степени он бросает вызов чужим грани- цам свидетельствует о том, как он оценивает свое положение в обществе. Большой начальник входит в кабинет своего подчиненного без предупреж- дения. Подчиненный будет ждать разрешения войти в кабинет босса. Если начальник говорит по телефону, то подчиненный на цыпочках выйдет из ка- бинета и вернется только по окончании разговора. Если подчиненный гово- рит по телефону, то начальник обычно подтвердит свое высокое положение, встав над подчиненным, пока тот не начнет бормотать в телефонную трубку: "Я вам попозже перезвоню" и потом уделит все свое внимание начальнику. Внутри делового мира происходит постоянная борьба за положение, и по- этому символы статуса становятся необходимыми орудиями в боевых операци- ях. Наиболее очевидным орудием самоутверждения является "дипломат" . Мы знаем про служащих, которые таскают в этих тяжелых чемоданчиках только завтрак, но "дипломаты" необходимы им для того, чтобы подтвердить свое положение в обществе. Я знаю одного негритянского священника, который много путешествует по Америке. Он рассказал мне, что, находясь в южных штатах, он всегда входил в вестибюль отеля, одев костюм делового челове- ка и держа в руках "дипломат". И то и Другое придавало ему вид, отличаю- щий его от черномазых города. В крупных частных компаниях существует масса способов, чтобы проде- монстрировать свое положение внутри организации. Возьмем в качестве при- мера новое здание, которое построила крупная фармацевтическая фирма в Филадельфии. Это огромное здание можно было распланировать по-всякому, но руководители компании умышленно сделали так, чтобы внутренняя плани- ровка подчеркивала положение людей внутри фирмы. Угловые кабинеты самого верхнего этажа были зарезервированы для высшего персонала. Угловые каби- нету этажом ниже были предназначены для начальников следующего за ними ранга. Достаточно важное начальство, но уступавшее предыдущим начальни- кам по своему положению, имели кабинеты без угловых окон. Следующие пос- ле них служащие не имели окон вообще. Сотрудники фирмы рангом еще ниже не имели отдельных кабинетов, а ютились в отсеках, отделенных друг от друга непрозрачными стеклянными стенками. Еще ниже было положение служа- щих, комнаты которых были разгорожены прозрачным стеклом. Самым низким было положение сотрудников, размещенных вместе в открытой комнате. Ранг сотрудника определялся на основе сложного уравнения, в котором учитывались срок службы в компании, значение исполняемой работы, зарпла- та и ученая степень. Например, звание доктора медицинских наук давало право любому человеку на личный кабинет, вне зависимости от его зарпла- ты, срока службы. Доктора наук в других областях могли получить такой кабинет, а могли и не получить его: для них вопрос о личном кабинете ставился в зависимости от других факторов. Помимо этого существовали и другие возможности продемонстрировать свой ранг в обществе. Наличие штор и материал, из которого они были сде- ланы, ковры, лежащие на полу, или их отсутствие, деревянные столы (для верхов) и металлические (для низов), стиль мебели, кушетки, мягкие крес- ла и, конечно, присутствие секретарей, - все эти неодушевленные и оду- шевленные предметы служили для конструирования различных этапов иерар- хии. Важным элементом в этой организации был контраст между непрозрачным и прозрачным стеклом, разделявшим отсеки. Позволяя всем взирать на служа- щего, администраторы компании автоматически уменьшали до предела его значимость в глазах окружающих. Его территория была гораздо более откры- та для визуального вторжения. По этой причине он был более уязвим. КАК БЫТЬ ЛИДЕРОМ Открытие территории и вторжение на чужую территорию являются важными элементами иерархической системы в частном бизнесе. А как насчет ли- дерства? Какими приемами и какими словами на языке тела лидер утверждает право на свое руководящее положение? Незадолго до начала второй мировой войны Чарли Чаплин создал кинокар- тину "Великий диктатор". Как и во всех фильмах Чаплина в этой ленте мно- гое строится на языке тела. Одна из наиболее удачных сцен разыгрывается в парикмахерской, По ходу фильма Гитлера, которого играет Чаплин, и Муссолини, которого играет Джэк Оуки, бреют в соседних креслах. Сцена строится на том, что каждый из персонажей стремится поставить себя в господствующее положение в отношении другого. Так как оба героя, покрытые мылом и запеленутые, оказались в креслах, то они могли выразить свое превосходство, лишь ре- гулируя высоту своих кресел с помощью специальной ручки, до которой они могли дотянуться. Сцена строилась на попытках Гитлера и Муссолини под- нять свои кресла как можно выше. Превосходство, достигаемое физически более высоким положением, из- вестно еще животному миру. Исследования, проведенные недавно среди вол- ков, показали, что вожак стаи утверждает свое превосходство, сбивая по очереди своих сородичей на землю и возвышаясь над ними. Подчиненный вы- ражает свою покорность, проползая под вожаком и оставляя незащищенными горло и живот. Лидерство оказывается у того, кто возвышается над други- ми. То же самое происходит и среди людей. Мы знаем о традиции преклонения перед царями, идолами, алтарями. Вообще поклоны и приседания - это вари- анты выражения своего приниженного положения. Все эти действия показыва- ют на языке тела: "Вы выше меня, а поэтому вы господин". Один молодой человек почти двухметрового роста весьма преуспел в биз- несе благодаря своей способности ладить со своими коллегами и клиентами. Наблюдая его на работе в ходе осуществления им особенно выгодных сделок, я обратил внимание на то, что при любой возможности он старался накло- ниться, согнуться или сесть, чтобы его партнер занял господствующее по- ложение и ощущал свое превосходство. Во время семейных собраний главный их член, обычно отец семейства, стремится занять центральное положение за прямоугольным или овальным столом. Выбор круглого стола для семьи может кое-что рассказать о семей- ных отношениях. Во время деловых или научных дискуссий за столом руково- дитель группы автоматически занимает главное место. О том, что форма стола предопределяет равенство или неравенство его участников, было известно, еще в те времена, когда были сложены легенды о короле Артуре и его рыцарях Круглого Стола. Стол был круглым для того, чтобы все, сидевшие за ним, чувствовали себя равными. Однако этот прин- цип был в значительной степени ослаблен тем, что король Артур был гос- подствующей фигурой вне зависимости от того, где он сидел. Статус каждо- го рыцаря снижался по мере уменьшения расстояния между ним и королем. Руководитель крупной фармацевтической компании, в которой я работал, имел кабинет, в котором помимо его стола и стула были кресло, диванчик, кофейный столик и два стула возле него. Начальник демонстрировал офици- альный или неофициальный характер встречи в зависимости от того, где он усаживался. Если приходил посетитель, с которым он хотел встретиться в неформальной обстановке, то босс вставал из-за стола и провожал гостя к диванчику, к креслу или кофейному столику. Таким образом он показывал, какого рода беседу он собирается провести. Если беседа принимали чрезвы- чайно официальный характер, он оставался сидеть за своим столом. ПРОСТРАНСТВО, КОТОРОЕ МЫ СЧИТАЕМ ЗАПРЕТНЫМ Потребность в личном пространстве и сопротивление вторжению в него настолько сильны, что, даже находясь в толпе, каждый человек требует се- бе определенной доли пространства и готов энергично защищать свою зону. Это обстоятельство помогло журналисту Герберту Джэкобсу выработать метод для оценки размеров толпы, так как оценки размеров толпы сильно отлича- ются в зависимости от того, является ли наблюдатель сторонником сборища или его противником. Размеры политических митингов, собраний сторонников мира или демонстраций преувеличиваются их участниками и преуменьшаются властями. Изучая снимки собраний, сделанных с воздуха, Джэкобс, сосчитав число участников по головам, пришел к выводу, что в плотных толпах каждому че- ловеку требуется от двух до двух с половиной квадратных метра, а в раз- реженных толпах - до трех с половиной квадратных метров. В конечном сче- те Джэкобс придумал формулу для подсчета числа участников уличных собра- ний: длину толпы умножить на ее ширину и поделить на площадь личной тер- ритории каждого участника в зависимости от плотности или разреженности толпы. Результат позволял определить число участников на каждом собра- нии. Говоря о толпе, следует учесть, что личная территория каждого ее участника уничтожается в ходе ее разрастания. Реакция на это разрушение может во многих случаях привести к изменению настроения толпы. Люди очень энергично реагируют, если их личное пространство подвергается аг- рессии. По мере того, как толпа разрастается, становится более плотной и компактной, она становится более жестокой. Гораздо легче иметь дело с разреженной толпой. О потребности человека в личном пространстве было хорошо известно Зигмунду Фрейду. Он проводил свои беседы с больным таким образом, чтобы тот ложился на кушетку, а сам усаживался на стул за пределами видимости больного. Благодаря этому терапевт не вторгался в личное пространство пациента. Полицейским также прекрасно известно об этом, и они используют этот фактор при допросе заключенных. Учебник по правилам допросов гласит, что следователь должен сидеть близко от подозреваемого, и чтобы между ними не было стола или иного препятствия. Любое препятствие, предупреждают авторы учебника, дает допрашиваемому Некоторую степень облегчения и уве- ренности. В этом же учебнике дается совет: следователь, начав допрос с расстоя- ния в один метр или полметра, должен постепенно пододвигать свой стул ближе к подозреваемому по мере продолжения допроса так, чтобы в конце концов "одно из колен допрашиваемого оказалось между коленями следовате- ля". Физическое вторжение полицейского в чужую территорию, нависание сле- дователя над допрашиваемым оказывались чрезвычайно полезными для того, чтобы подозреваемый "раскололся". Когда оборона чужой территории ослаб- лена или прорвана, уверенность человека ослабевает На работе начальник часто сознает, что он может усилить свое положе- ние руководителя, вторгаясь в пространство подчиненного. Начальник, ко- торый нависает над столом подчиненного, выводит последнего из равнове- сия. Начальник цеха, который приближается вплотную к рабочему, разгляды- вая, как он выполняет работу, вызывает у последнего ощущение неуверен- ности. Родитель, который ругает ребенка, склонившись над ним, усиливает воздействие своих слов, подчеркивая свое господствующее положение. Можем ли мы использовать вторжение в личное пространство для того, чтобы вызвать оборонительную реакцию в других людях, и можем ли мы, из- бегая подобных вторжений, избавиться от их опасных последствий? Мы зна- ем, что "повиснуть на хвосте" чужой машины опасно с чисто физической точки зрения. Если машина остановится перед нами, мы врежемся в нее. Од- нако мало, кто представляет себе, что "зависание на хвосте" разрушает нервную систему. Человек, находясь за рулем автомобиля, из-за того что его окружает машина, может отдаляться от своей человеческой природы. Язык тела, кото- рый помогает ему общаться с другими людьми, когда он находится вне авто- мобиля, отказывает ему, когда он за рулем. Нас всех раздражают водители, которые норовят прорваться вперед нас, и всем нам знакома совершенно ир- рациональная ярость, охватывающая водителя, когда он сталкивается с та- ким вопиющим нарушением своего личного пространства. Полиция свиде- тельствует о том, что десятки несчастных случаев бывают в результате по- добных обгонов и обостренной реакции людей на такие обгоны. За пределами автодорог большинство людей не станут вести себя подобным образом. Без машин мы возвращаемся к цивилизованному поведению позволяем людям обго- нять нас на улице. Более того, мы часто уступаем дорогу людям, чтобы позволить им сесть в автобус или войти в кабину лифта вперед нас. Однако в руках многих водителей автомашина превращается в опасное оружие. Оно может разрушить многие сдерживающие начала и самоконтроль. Причины для этого неясны, но некоторые психологи считают, что отчасти это вызвано расширением наших личных территорий, когда мы едем в автомо- биле. Во время движения автомобиля наши зоны уединения расширяются, а реакция на вторжение в них обостряется. О ПРОСТРАНСТВЕ И ЛИЧНОСТИ Было проведено много исследований, чтобы проверить в какой степени реакция на вторжение в личное пространство зависит от характера челове- ка. Джон Л. Уильямс доказывал, что в ходе разговоров интроверты* * Интроверты и экстраверты - два противоположных психологических типа в соответствии с классификацией, принятой на Западе. Интровертами счита- ются люди, более погруженные в свой внутренний мир и испытывающие из- вестные трудности в общении с другими людьми. (Прим. перев.) гораздо в большей степени склонны располагаться на более далеком расстоянии от своего собеседника, чем экстраверты. Человек, который ушел в себя, нуждается в большем расстоянии для самообороны, поскольку его основные силы сосредоточены в глубине его внутреннего мира. В другом исследовании Уильяма Леопольда этот вывод был подтвержден интересным экспериментом. Сначала студенты прошли тест, с помощью которого было ус- тановлено, кто из них является интровертом, а кто экстравертом. Затем экспериментатор провел беседы со студентами относительно их ус- пехов в занятиях. Беседы по содержанию можно было разбить на три группы. Одни беседы должны были вызвать у студентов беспокойство, другие содер- жали похвалу, третьи были нейтральными по содержанию. Беседы первого ти- па велись примерно так: "Мы видим, что вы очень плохо занимаетесь и не стараетесь заниматься лучше. Пожалуйста, пройдите в другую комнату и по- дождите там преподавателя". После этого студент входил в комнату, в которой находились письменный стол и несколько стульев, стоявших друг за другом. В беседах второй группы студентов хвалили и им говорили, что они до- бились больших успехов. В нейтральной беседе студенту сообщали, что ин- тересуются его мнением о занятиях, проводимых на курсе. Результаты исс- ледования показали, что те студенты, которых похвалили, стремились сесть поближе к столу экспериментатора. Студенты, которых поругали, садились на максимально отдаленном расстоянии от стола. Студенты, с которыми были проведены нейтральные беседы, занимали места посередине. Интроверты, ис- пытывавшие беспокойство после полученных ими выговоров, садились гораздо дальше от стола по сравнению с экстравертами, которые стали объектами таких же грозных разносов. Следующим шагом было изучение реакций мужчин и женщин на вторжение в их пространство. Доктор Зоммер, профессор психологии Университета штата Калифорния, описал серию экспериментов, которые он провел в больнице. Он надевал белый халат врача и систематически вторгался в личное прост- ранство больных. Он садился рядом с ними на скамейках, входил в их пала- ты, присаживался возле их постелей. Эти вторжения неизменно беспокоили пациентов и заставляли их покидать свои кресла или свои зоны. Наблюдения Зоммера убедили его в том, что существует целый язык тела, который человек использует* когда его личная территория подвергается вторжению. Еще до того, как человек встанет И покинет свою территорию, он начинает подавать сигналы: покачивание или постукивание ногой, раска- чивание из стороны в сторону. Это первые сигналы напряжения, и они гла- сят: "Ты слишком близко. Твое присутствие вызывает у меня беспокойство". Следующая серия сигналов: глаза закрывают, подбородок приближают к груди, плечи опускают ниже и выдвигают немного вперед. Все эти знаки го- ворят: "Уходи. Я не хочу, чтобы ты тут был. Ты вторгся в мое прост- ранство". Доктор Зоммер писал об одной исследовательнице пространственного им- ператива Нэнси Руссо, которая использовала библиотеку в качестве зала для своих экспериментов. Библиотека - это подходящее место для того, чтобы наблюдать реакции людей. Ее тишина благоприятствует уединению. В большинстве случаев каждый новый посетитель библиотеки старается изоли- ровать себя от окружающих, занять место на некотором расстоянии от дру- гих людей. Мисс Руссо садилась на ближайший стул и придвигалась к своей жертве, или садилась напротив нее. Хотя ей не удалось установить общей реакции на человека, который садился слишком близко, она сумела обнаружить, что все передавали свои чувства языком тела. Она описала "защитные жесты, смены поз, попытки незаметно отодвинуться". Руссо пришла к заключению, что в конце концов, когда эти сигналы были ей проигнорированы, человек вставал с места и переходил на другое. Лишь один из восьмидесяти студентов, в пространство которых мисс Рус- со совершила вторжение, попросил ее отодвинуться. Остальные прибегали к языку тела, чтобы передать свое осуждение ее приближению. Используя немногочисленные работы ученых, посвященных исследованию личного пространства и языка тела и на основании собственных наблюдений за заключенными в медицинском центре федеральной тюрьмы, доктор Огастас Ф. Кинцель, который в настоящее время работает в Нью-Иоркском психиатри- ческом институте, создал теорию, с помощью которой можно заранее предс- казать проявления насилия у людей и предотвратить их. Исследуя поведение животных, доктор Кинцель заметил, что те часто с яростью реагируют на вторжение в их личное пространство. Работая в тюрьме с особо опасными преступниками, он отметил, что некоторые из них предпочитают пребывать в одиночных камерах, несмотря на тяжесть такого вида заключения. Он обнаружил, что именно эти люди проявляли наиболее яростные вспышки гнева. Может быть, этим людям требуется больше прост- ранства для сохранения самоконтроля? Доктор Кинцель обнаружил, что многие из людей, виновных в на- сильственных нападениях, жаловались, что их жертвы "лезли к ним". Прав- да, тщательный опрос свидетелей показывал, что преступники нападали на людей, которые не сделали им ничего плохого, а лишь приблизились к ним. Эти приступы насилия происходили, как в тюрьме, так и вне ее стен, поэ- тому нельзя было объяснить их поведение лишь тюремной атмосферой. Для того, чтобы разобраться в причинах этих вспышек яростного насилия доктор Кинцель провел эксперимент в тюрьме с пятнадцатью заключенными. Восемь из них сидели за нападения с применением насилия, а семь за дру- гие преступления. Заключенных просили встать в центре пустой комнаты, в то время как экспериментатор медленно приближался к ним. Каждый из участников эксперимента должен был сказать: "Стой! ", когда эксперимен- татор подходил к ним слишком близко. После того, как эксперимент был повторен не один раз, у каждого чело- века были установлены границы, которые доктор Кинцель назвал "буферной зоной тела". Как выяснил доктор Кинцель, у осужденных за насильственные нападения размеры буферной зоны были в четыре раза больше, чем у осужденных За другие виды преступлений. Когда кто-нибудь подходил слишком близко к од- ному из первой группы, он оказывал сопротивление, как если бы экспери- ментатор "нависал" над ним или "лез" к нему. В ходе этого эксперимента в людях, осужденных за насильственные напа- дения, было спровоцировано то же ощущение, как и в тех случаях, когда они нападали на людей, которые якобы "лезли к ним". У этих людей возни- кало ощущение паники, когда кто-либо вторгался в их телесные зоны повы- шенных размеров. Паника и вызванная ей реакция насилия появлялись у этих людей на таких расстояниях, которые, с точки зрения большинства людей, не свидетельствуют о вторжений в личную зону человека. Большинство случаев эскалации насилия, по словам доктора Кинцеля, постоянно происходит между людьми, живущими в перенаселенных кварталах гетто. Исследования доктора Кинцеля показывают, что мы только приближа- емся к пониманию причин человеческого насилия и способов его обнаружения и обуздания. Следует также учитывать, что подобных проблем не существует в мире животных, так как там царит молчаливое понимание территориальных потребностей до тех пор, пока в дела животных не вмешивается человек. ПОЛОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ И ИГНОРИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ В ходе вторжения незримо присутствует и половой аспект. Девушка, ко- торая вступает на территорию мужчины, будет встречена совсем иными сиг- налами, чем те, которыми будет ознаменовано ее вступление на женскую территорию. Ее вторжение может быть встречено более терпимо, а, возмож- но, в ее действиях увидят начало флирта. Напротив, вторжение мужчины на территорию девушки обычно заставляет ее поднимать сигналы тревоги. Сигнал, который неизменно посылают агрессоры, звучит так: "Ты никто, а поэтому я могу вторгаться в твое пространство. Ты ничего не значишь". Такой сигнал, посланный на языке тела начальником в ходе делового разговора между ним и подчиненным, может деморализовать последнего и оказаться полезным для босса. Такой сигнал подтверждает превосходство начальства. В переполненном вагоне метро сигналы могут прочитываться по-иному. Важным условием пребывания в общественном транспорте является игнорирование личности окружающих людей. Оказавшись на интимном расстоя- нии друг от друга, люди фактически должны отрицать чужое присутствие. Считается, что человек, который обращается к другому в переполненном ва- гоне, совершает поступок дурного тона. Для того, чтобы преодолеть неу- добство в отношениях между людьми, требуется жестко отдалиться от других людей. Никогда в кинофильмах девушка И юноша не знакомятся в переполнен- ных вагонах метро. Так не бывает. Даже в Голливуде. Скученность в вагонах метро, считает Зоммер, терпима просто потому, что пассажиры "обезличивают" друг друга. Но как только ситуация вынужда- ет их признавать существование окружающих, как например, во время неожи- данных остановок, они могут ощутить резкое неприятие своего положения. Справедливо и обратное положение: в разреженной обстановке отношение к человеку как к обезличенному существу будет вызывать у него раздраже- ние. Мисс Руссо заметила, что один из читателей в библиотеке поднял го- лову и холодно взглянул на нее. С помощью языка тела он дал ей понять: "Я личность. Какое право у вас вторгаться в мою жизнь без разрешения?" Он прибег к языку тела для того, чтобы дать отпор ее вторжению, и она почувствовала такую силу его отпора, что не смогла больше проводить свои эксперименты в течение всего остального дня. Ее неспособность продолжать работу была вызвана тем, что мужчина, уединение которого она нарушила, неожиданно прорвал ее собственную оборону, и впервые во время экспери- мента она почувствовала, что он - человек, а не объект для наблюдений. Способность почувствовать в другом существе человека крайне необходима для понимания того, как мы действуем и реагируем на чужие действия в хо- де разговора на языке тела. Доктор Зоммер отмечает, что обезличенное су- щество не может вторгнуться в личное пространство точно так же, как это не могут сделать дерево или стул. Аналогичным образом не возникает ника- ких проблем при вторжении в личное пространство обезличенного существа. Говоря об игнорировании людьми окружающих, Зоммер упоминает о меди- цинских сестрах в больнице, которые обсуждают состояние здоровья больно- го, находясь возле его постели, или черную прислугу в белом доме, кото- рая обслуживает гостей, ведущих дискуссию о расовых отношениях. Уборщик, который подметает пол в офисе, может войти, даже не постучавшись в дверь, а обитатель офиса не обратит внимание на его вторжение. Уборщик не является реальным существом, он обезличен, так же, как и человек, си- дящий в офисе, обезличен для уборщика. ЦЕРЕМОНИИ И РАССАЖИВАНИЕ ПО МЕСТАМ То, как мы признаем факт вторжения в чужое пространство и как мы реа- гируем на них, отражается в "церемониальных предупреждениях". В обычных условиях, когда мы вторгаемся в чужую территорию в библиотеке или кафе- терии, мы подаем предупредительные сигналы. Мы устно извиняемся и спра- шиваем: "Это место занято?" На языке тела мы опускаем глаза и лишь потом занимаем это место. Когда вы садитесь на место в переполненном автобусе наиболее пра- вильным действием будет следующее: вы смотрите прямо перед собой и избе- гаете глядеть на пассажира, сидящего рядом с вами. Для других ситуаций существуют иные церемонии. По мнению доктора Зоммера, защита личного пространства требует подхо- дящих сигналов на языке тела, соответствующих поз или жестов, а также выбора места. Как вы усаживаетесь за пустым столом, когда вы хотите, чтобы другие люди не присоединились к вам? Какой язык тела вы используе- те? Исследование, проведенное Зоммером среди университетских студентов, показало, что в тех случаях, когда человек, желающий уединения, садится за стол, он использует два способа. Во-первых, он постарается занять место как можно дальше от людей, отвлекающих его, или же овладеть целым столом. Если вы стремитесь добиться уединения, удаляясь от других, то вы ре- шаете задачу с помощью тактики отступления. Вы, например, занимаете мес- то на углу стола. На языке тела вы заявляете: "Садитесь к моему столу, но оставьте меня в покое. Я нарочно расположился на углу, чтобы другой человек, который усядется за стол, смог бы сесть от меня как можно дальше". Другой подход - наступательный и характеризуется попыткой за- нять весь стол. Более агрессивный человек садится в центре стола. На языке тела он заявляет: "Оставьте меня в покое. Вы не сможете сесть, не побеспокоив меня. Поэтому поищите себе другой стол!". Среди других наблюдений Зоммера было следующее: студенты, придержи- вавшиеся тактики отступления, которые хотели как можно дальше отдалиться от других, садились спиной к двери. Студенты, которые хотели завладеть всем столом, садились к двери лицом. Большинство же студентов, вне зави- симости от избираемой ими тактики, предпочитали садиться в конце комнаты за маленьким, а не большим столом. На языке тела студенты, которые садились в центре стола, заявляли о своем желании занять господствующее положение, о своем умении постоять за себя и о желании иметь стол в своем распоряжении. Студенты, которые садились на углу стола, показывали, что они хотят оставаться наедине: "Я не возражаю, если вы присядете к столу, но если вы так поступите, то я буду сидеть на максимальном удалении от вас. Вы можете поступать, как вам угодно. В любом случае, каждый из нас будет в уединении". Аналогичным образом люди занимают места на скамейках в парках. Если вы хотите уединения и садитесь на пустую скамейку в парке, то скорее всего вы сядите на край, показывая всем своим видом: "Если вы хотите си- деть на этой скамейке, то здесь достаточно места для того, чтобы оста- вить меня в покое". Если вы не хотите, чтобы кто-нибудь еще садился на скамейку, то вы сядете в ее центре и тем самым передадите сообщение: "Я хочу, чтобы эта скамейка находилась в моем полном распоряжении. Если вы сядете, вы совершите акт агрессии". Если же вы готовы допустить присутствие других людей на скамейке, то вы можете подвинуться в сторону, но не пересесть на самый край. Эти действия в борьбе за уединение отражают психологические особен- ности людей. Они показывают, что экстраверты будут отстаивать свое уеди- нение, сражаясь против всего мира. Интроверты же будут защищать свое уе- динение, соглашаясь пойти на уступки другим людям, но удерживая их на расстоянии. В обоих случаях люди используют различные сигналы, прежде всего связанные с размещением себя в пространстве. "Я располагаюсь здесь, и таким образом я объявляю: "Не подходите ко мне" или "Садитесь, но не мешайте мне". Это аналогично сигналам, которые передаются окружающим людям различ- ными позами: за столом в кабинете, когда подается сигнал: "Не подходи, я достоин уважения"; на судейской скамье в зале суда, когда сигнал означа- ет: "Я возвышаюсь над всеми вами, и поэтому мое суждение является наи- лучшим"; приближаясь к другому и сигнализируя тем самым ему: "У тебя нет никаких прав. Я двигаюсь вперед, куда хочу, и поэтому я выше тебя". ГЛАВА 5 МАСКИ, КОТОРЫЕ НОСЯТ ЛЮДИ УЛЫБКА, КОТОРАЯ СКРЫВАЕТ ДУШУ Существует много методов, с помощью которых мы можем защитить наши личные зоны. Одним из них является использование масок. Лицо, которое мы открываем миру, лишь в редких случаях является нашим подлинным. Показы- вать на лице или в наших действиях то, что мы по-настоящему чувствуем, считается признаком необычного, почти ненормального поведения. Вместо того, чтобы раскрывать миру наши чувства, мы подчиняем строгой дисципли- не выражения нашего лица и наши телодвижения. Доктор Эрвин Гоффман в своей книге "Поведение в общественном месте" заявляет, что очевидными свидетельствами этой дисциплины являются наше внимание к внешности, одежде и прическе. С помощью своего внешнего обли- ка, одежды и прически мы многое рассказываем о себе своим друзьям и кол- легам. Доктор Гоффман отмечает, что от среднего человека в нашем общест- ве ожидают, что в общественном месте он появится аккуратно одетым и тща- тельно выбритым, умытым и причесанным. Это исследование, написанное шесть лет назад, не принимало во внимание того, что молодые люди могут появиться в обществе с длинными, не чесанными волосами, небритыми, а их вид будет более небрежным и раскованным. Однако и этот вид теперь при- вычный, поскольку стал соответствовать общепринятому идеалу. Гоффман указывает на то, что в течение дня, например в часы пик в метро, тщательно подогнанные маски немного сползают с нас и становится заметным выражение "праведной и смертельной усталости", которое по-нас- тоящему раскрывает наше истинное лицо. Мы теряем управление нашим защит- ным механизмом и из-за усталости забываем контролировать свое лицо. Пос- тарайтесь взглянуть на лица людей в переполненном автобусе, вагоне метро или железнодорожном вагоне во время часа пик в конце рабочего дня. Пос- мотрите, сколько обнаженной человеческой природы выступает во всех ли- цах. Изо дня в день мы закрываем эту обнаженную человеческую суть. Мы дер- жим себя под строгим контролем, чтобы наше тело по небрежности не вып- леснуло наружу то, что наш ум не сумел скрыть. Мы постоянно улыбаемся потому, что улыбка - это не только знак веселья или удовольствия, но и извинения, наш защитный сигнал. Я сажусь рядом с вами в переполненном ресторане. Моя полуулыбка озна- чает: "Я не хотел вам мешать, но это - единственное свободное место". Я задел вас в кабине лифта, и моя улыбка вам объясняет: "Я не хотел проявлять агрессивность. Извините меня, пожалуйста". Неожиданная остановка автобуса сбивает меня с ног, и я падаю на со- седнего пассажира. Моя улыбка говорит: "Я не намеревался падать на вас. Я прошу вашего прощения". И так мы улыбаемся целый день, хотя на самом деле мы раздражены и сердиты. На работе мы улыбаемся нашим клиентам, нашему начальству, нашим подчиненным. Мы улыбаемся нашим детям, нашим соседям, нашим мужьям, же- нам и родственникам. На самом деле лишь незначительная часть наших улы- бок реальная. Большинство - лишь маски, которые мы носим. В маскировке участвуют не только мускулы лица. Мы маскируем все наше тело. Женщины обучаются искусству сидеть так, чтобы скрывать свою сексу- альную привлекательность, особенно когда на них короткие юбки. Они носят лифчики для того, чтобы держать груди на месте и скрывать излишнюю сек- суальность. Мы держим себя прямо и застегиваем на все пуговицы рубашки, втягиваем свой живот и прибегаем к различным способам маскировки лица. У нас есть лица для вечеринок, для работы и даже похоронные лица. Даже для тюрьмы у нас есть специальные лица. В книге "Этикет тюрьмы" доктор Филлипс пишет, что новые заключенные обучаются, как строить апатичное и бесхарактерное выражение лица. Когда же заключенные остаются одни, то они в качестве компенсации за долгое ношение маски безразличия начинают преувеличенно улыбаться, смеяться и выражать свою ненависть по отношению к тюремщикам. С годами маски все труднее носить. Некоторым женщинам, которые всю жизнь полагались на красоту своих лиц, становится все труднее по утрам "собрать свое лицо вместе". Старые мужчины расслабляют мускулы своих лиц. С годами щеки все больше опускаются. нахмуренные брови не разводят- ся, а морщины не разглаживаются. СНИМИТЕ МАСКУ И опять-таки возникают ситуации, когда маска спадает. В машине, когда наши личные зоны расширяются, часто мы чувствуем, что можем сбросить маски. Порой, когда кто-нибудь висит у нас на хвосте или врезается в ряд перед нами, мы начинаем извергать потоки ругательств, которые потрясают своей преувеличенной реакцией. Почему мы выбрасываем столько сильных эмоций в такие минуты? В конце концов почему нас так волнует, если маши- на обгоняет нас или слишком близко подходит к нам? Дело в том, что в таких ситуациях мы становимся невидимыми и необхо- димость в маске пропадает. Именно поэтому мы реагируем так бурно. Сбрасывание маски часто говорит нам, что носить маску необходимо. Маску часто сбрасывают в психиатрических больницах. Психический больной, как и пожилой человек, может игнорировать многие обычно принятые в об- ществе маски. Доктор Гоффман рассказывал о душевнобольной женщине, у ко- торой было неверно одето нижнее белье. Сначала она попыталась поправить его, задрав юбку у всех на виду, но когда это у нее не получилось, она сняла с себя все и затем надела все предметы одежды правильно. Игнорирование такого обычного способа маскировки как одежда, невнима- ние к своему внешнему виду и уходу за собой являются очевидными призна- ками психического расстройства. Напротив, первым признаком психического выздоровления является интерес к своему внешнему виду. Точно так же как прогрессирующее психическое расстройство заставляет пациента утрачивать связь с реальностью, путаться в способах словесного выражения, говорить вещи, которые не имеют ничего общего с действи- тельностью, этот же процесс мешает ему выражать себя правильно с помощью языка тела. Здесь он также теряет контакт с реальным миром. Он делает заявления, которые нормальные люди обычно не высказывают вслух. Он отка- зывается соблюдать общественные условности и ведет себя так, как будто он перестает обращать внимание на окружающую аудиторию. И все же утрата психически больным контроля над своим языком тела мо- жет дать ключ к пониманию того, что творится в его сознании. В то время как пациент может перестать говорить, он не перестает выражать свои мыс- ли через язык тела. Он может высказывать правильные или ошибочные сужде- ния, но его тело не может "замолчать". В то же время он может сдерживать свой язык тела, если он ведет себя так, как это Принято между людьми. Другими словами, если он ведет себя разумно, он будет до предела ограни- чивать поток информации на языке тела. Но если он поступает разумно, то он, конечно, является разумным. Иных критериев для определения разумного состояния нет. Поэтому безумный че- ловек должен выразить свое безумие действием и таким образом сообщить об этом миру на языке тела. В случае психически больных это послание явля- ется криком о помощи. Такой взгляд на поведение людей с психическими расстройствами открывает совершенно иные пути для их лечения. Маскировка не может прикрыть невольных действий. Напряженная ситуация заставляет людей покрываться испариной, и нет никаких возможностей скрыть это. В других непривычных ситуациях у людей могут начать трястись руки или дрожать ноги. Мы можем скрыть эти проявления волнения, положив руки в карман или присев и сняв таким образом давление на дрожащие ноги. Мы можем также быстро двигаться, чтобы наша дрожь не была заметной. Страх может быть скрыт энергичными действиями, направленными на устране- ние причины вашего страха. МАСКА, КОТОРАЯ НЕ СХОДИТ С ЛИЦА Необходимость в маскировке бывает настолько велика, что процесс ста- новится самопроизвольным и маску уже невозможно снять. Существуют неко- торые ситуации, как например, при половом акте, когда маску следует снять для того, чтобы получить полное наслаждение, но многие из нас мо- гут снять маску лишь в полной темноте. Человек боится, что его тело на своем языке расскажет о нем партнеру. Для многих людей даже темнота не- достаточна для снятия масок. Даже в темноте они не могут снять панцирь, которым защищают себя во время полового акта. По мнению Гоффмана, это объясняет большое число фригидности среди женщин среднего класса. Однако в своих исследованиях Кинси показал, что еще в большей степени прибегают к сдержанности в половых отношениях жен- щины из рабочего класса. Часть наших познаний о том, как следует маскировать свои чувства яв- ляется приобретенной в результате общения с другими людьми, а часть - результат специальных кодексов поведения. Описание маскировки часто со- держится в книгах по этикету. Эти книги диктуют, что следует, а что не следует делать на языке тела. В одной книге написано, что является неп- риличным потирать свое лицо, дотрагиваться до зубов или чистить ногти на людях. Что надо делать со своим телом и своим лицом, когда вы встречаете своих друзей, точно описано в книге по этикету Эмили Пост. В ее книге даже написано, что следует не замечать женщин в общественных местах. Многие из правил этикета являются общепринятыми для всего человечест- ва, но немало правил отличаются друг от друга в зависимости от культур- ной среды. Некоторые аборигены Австралии проявляют вежливость, избегая глядеть в глаза друг другу. В Америке же вежливым считается смотреть друг другу в глаза во время беседы. КОГДА ЛИЧНОСТЬ ПЕРЕСТАЕТ БЫТЬ ЛИЧНОСТЬЮ? В любой культуре возникают ситуации, когда маска может спасть. Черные жители южных штатов знают "ненавидящий взгляд" белых, который бывает вызван лишь неприязнью к цвету кожи своего собеседника. Тот же самый взгляд, направленный на белого человека, может быть спровоцирован лишь совершенно недопустимым поступком того, на кого направлен этот "луч не- нависти". Культура поведения в южных штатов совершенно не допускает, чтобы черный посмотрел так на белого ни при каких обстоятельствах. Одной из причин, почему белый человек позволяет себе сбросить маску со своего лица, состоит в том, что, с точки зрения белого южанина, чер- ный не личность, он - предмет, о мыслях и переживаниях которого не стоит задумываться. Однако на Юге у черных жителей существуют свои тайные зна- ки. С помощью определенного движения глаза черный человек может сказать другому, что тот является его черным братом, хотя его кожа так светла, что он может вполне сойти за белого. Но другое движение глаза может пре- дупредить черного, сообщив ему: "Я выдаю себя за белого". В нашем об- ществе детей часто рассматривают как обезличенных существ. Аналогичным образом относятся и к слугам. Возможно сознательно, а возможно бессозна- тельно мы считаем, что перед этими обезличенными существами не следует носить маски. Мы не боимся задеть чувства обезличенных существ. Какие у них могут быть чувства, чтобы их можно было задеть? Это отношение обычно расценивается как проявление классового подхода. Класс, находящийся наверху в обществе, ведет себя так по отношению к классу, находящемуся внизу. Мы не обязательно будем стараться надеть маску на работе в присутствии своего подчиненного, дома - в присутствии своего слуги или своего ребенка. Я как-то сидел в ресторане со своей женой. Через столик от нас сидели две пожилые женщины и попивали свои коктейли. Все в них - от их мехов до причесок - кричало на весь ресторан: "Богатство!". Их поведение лишь подчеркивало это сообщение. В переполненном ресторане они разговаривали друг с другом так громко, что их голоса разносились по всему залу. Одна- ко содержание их разговора касалось их личных и даже интимных дел. В ре- зультате все остальные посетители ресторана для того, чтобы сохранить иллюзию уединенности должны были вести себя так, как будто они ничего не слышали из разговора двух женщин, а беседовать напрягаясь, чтобы не об- ращать внимание на громогласный диалог этих дам. На языке тела эти две женщины сообщали: "Вы не имеете никакого значе- ния. Вы все, в сущности, не являетесь людьми. Вы - обезличенные сущест- ва. Имеет значение лишь то, что мы собираемся сделать, а это никого не должно смущать". Вместо того, чтобы использовать свои тела для передачи этого посла- ния, две дамы использовали громкость голоса. При этом голоса передавали и конкретную информацию, и одновременно другую информацию, которую обыч- но передают с помощью языка тела. В вышеприведенном случае маска сбрасывается, но это служит для выра- жения презрительного отношения к другим людям. Снятие маски перед обез- личенным существом часто не является демаскировкой. В большинстве же случаев мы сохраняем наши маски на лице. Для этого существуют важные причины. Часто снимать маску опасно. Когда к нам на улице приближается нищий, то, если мы не хотим ему ничего подать, нам важно притвориться, что его здесь нет, и мы его не видим. Мы закрепляем нашу маску, отвора- чиваемся или спешим мимо. Если мы позволим себе снять маску и взглянуть на нищего как на личность, нам придется не только обратиться лицом к на- шей совести, но и открыться перед его просящим взглядом, умоляющими сло- вами и его попытками привести нас в смущение. То же самое можно сказать про многие случайные встречи. Мы не можем позволить себе растрачивать время на обмен словами и любезностями, по крайней мере, в городских условиях. Вокруг нас слишком МНОГО людей. В деревне или пригородных жилых кварталах дело обстоит по-другому. По этой причине там люди меньше прибегают к маскировке. Кроме того, показывая свое подлинное лицо, мы открываем себя для ма- лоприятных истолкований нашей натуры. Гоффман хорошо раскрыл это обстоя- тельство на примере психиатрической лечебницы. Он описал одного пациента средних лет, который постоянно шагал по коридорам больницы, держа в ру- ках сложенную газету и зонтик в чехле. На его лице было выражение чело- века, который опаздывает на деловое свидание. Для этого больного было чрезвычайно важно делать вид, будто он обычный бизнесмен, хотя он не об- манывал никого, кроме самого себя. В восточных странах маскировка может быть чисто физическим процессом. Обычай носить паранджу или чадру позволяет женщинам скрывать свои эмоции и защищать их от агрессии мужчин. В этих странах язык тела общепризнан и считается, что мужчина при малейшей провокации со стороны женщины поста- рается навязать ей половые отношения. Паранджа позволяет женщине скры- вать часть лица и прятать любую невольную гримасу, которая может быть истолкована как поощрение мужчины. В семнадцатом веке женщины высшего света Западной Европы использовали для этих же целей веера и маски на палочках. МАЗОХИСТ И САДИСТ Во многих случаях маскировка может быть использована как инструмент психологической пытки. Возьмем пример Энни, жены Ральфа, который старше своей супруги, имеет лучшее образование и очень хорошо сознает то обсто- ятельство, что Энни не ровня ему в интеллектуальном и социальном отноше- нии. Однако парадоксальным образом Ральф полюбил Энни и решил, что она лучше всего подходит для него в качестве жены. Это не помешало ему на- чать свою игру с Энни, игру с чрезвычайно сложными правилами. Когда Ральф возвращается домой после рабочего дня, жизнь в доме сле- дует согласно раз и навсегда заведенному ритуалу. Ральф приходит домой в шесть, моется, читает вечернюю газету до шести тридцати. В этот момент Энни должна позвать его к ужину. Энни нужно приготовить ужин точно в шесть часов тридцать минут: ни минутой раньше, ни минутой позже. Энни садится за стол и украдкой следит за выражением лица мужа. Ральф знает, что она за ним наблюдает. Она знает, что он чувствует ее постоянное вни- мание к его выражению лица. Но никто никогда не признается в этом. Ральф никак не дает Энни понять, нравится ли ему еда. Тем временем Энни уже сочинила целый драматический сюжет, вполне пригодный для мыльной оперы. У нее на душе скребут кошки: а вдруг Ральфу не понравится еда? В этом случае они весь вечер проведут в полном молчании. Энни ест неуверенно, поминутно взглядывая на бесстрастное лицо Ральфа. Сумела ли она правильно приготовить ужин? Удалась ли ей подлив- ка? Она точно следовала рецепту, но добавила свои специи. А что если она ошиблась? Да, возможно, что именно так и случилось! Она чувствует, как у нее обрывается сердце, а все тело напряжено от волнения. Нет, решительно Ральфу не понравилась еда. Кажется, его губа искривилась в презрительной ухмылке. Ральф, разыгрывая свой сюжет мыльной оперы, отрывается от тарелки, долго глядит на Энни с непроницаемым лицом, пока та переживает смертные мучения, и, наконец, его лицо медленно расплывается в улыбке одобрения. И неожиданно, чудесным образом, вся душа Энни начинает петь от счастья. Жизнь - чудесна! Ральф - ее любовь! Она - очень, очень, очень счастлива! Она возвращается к своей еде, которая теперь ей доставляет удовольствие, и жадно поглощает ее. Тщательно управляя своей маской и синхронизируя каждое свое телодви- жение, Ральф сумел осуществить свою пытку и получить желанное им удо- вольствие. К таким же приемам он прибегает и ночью, находясь в постели с Энни. Ни единым намеком он не дает ей понять, займется ли он любовью с Энни или нет. Энни опять должна пережить мучительные сомнения: "Дотро- нется он до меня или нет? Любит ли он меня или нет? Как я вынесу, если он отвергнет меня?" Когда, наконец, Ральф дотрагивается до нее, Энни испытывает прилив экстаза. Не нам решать вопрос о том, является ли Энни жертвой или соу- частницей в этой игре. Здесь мы хотели бы только обсудить вопрос о том, как используется маска для осуществления пытки. Садистско-мазохистские отношения Энни и Ральфа странным образом приносят им обоим удовлетворе- ние. Однако выгоды от игры в маски обычно более очевидны для носителей ма- сок. КАК СБРОСИТЬ МАСКУ Реальные или воображаемые выгоды от ношения маски заставляют нас с большой неохотой отказываться от нее. Помимо прочего с помощью маски мы навязываем людям отношения, в которых они не заинтересованы. Мы боимся оказаться отвергнутыми без наших масок. И в то же время ношение масок может лишить нас отношений, которые мы желали бы иметь. Не теряем ли мы столько же, сколько и обретаем благодаря маскам? Возьмите, например, Клодию. Она - привлекательная женщина, которой недавно перевалило за тридцать, тонкая натура. Благодаря тому, что она работает в крупной финансовой конторе, Клодия постоянно общается с мно- гими мужчинами в течение дня, и ее часто приглашают на свидания. Однако она остается незамужней и, хотя она не хотела бы это признать, до сих пор - девственница. Клодия утверждает, что в этом не ее вина. Она - страстная девушка, и с ужасом взирает на перспективу бесплодной жизни старой девы. Почему же ей не удается увлечь мужчин эмоционально и сексуально? Клодия не знает почему. Ответ знают мужчины, которые ходили на свидания с ней. "Она дает вам отпор, - ответил один их них. - Черт побери, мне нра- вится Клодия. На работе она восхитительна, и я пошел с ней раз на свида- ние. Однако как только что-то начинает наклевываться, она замерзает и ее ответ совершенно ясен: "Не тронь меня! Это не для меня!" - Тогда кому вообще нужна вся эта канитель?" Действительно, кому? Кто может разглядеть за грозным фасадом Клодии пылкую и страстную женщину? Боясь быть отвергнутой, Клодия спешит первой объявить об отказе, еще до начала серьезных событий. Таким образом она избегает того, чтобы ей нанесли рану. Ей никогда не отказали, потому что она первой спешит отказать другим. Глупо? Возможно, но это эффективный способ не стать отвергнутой, если вы считаете, что это самое страшное, что может с вами случиться. Для Клодии дело обстоит именно так. Поэтому вместо того, чтобы рисковать, она проведет оставшуюся жизнь в одиночестве. Маскировка Клодии - ненужная и приносит ей много вреда, но существуют и необходимые маски, ношение которых предписано общественными нормами. Человек, который маскирует свое лицо в соответствии с этими правилами, может быть, отчаянно желает прибегнуть к языку своего тела. Однако обы- чай запрещает ему это сделать. В качестве примера приведу рассказ о семнадцатилетней девушке, кото- рая пришла к моей жене, чтобы рассказать ей о своих проблемах. "Каждый день я возвращаюсь на автобусе с одним мальчиком. Я его не знаю. Он сходит на моей остановке. Мне он нравится. Мне кажется, что я ему нравлюсь. Я хотела бы с ним познакомиться, но не знаю, как это сде- лать". Исходя из своего жизненного опыта моя жена предложила девушке в сле- дующую поездку на автобусе взять неудобные, тяжелые свертки и спотк- нуться и рассыпать свертки по мостовой, как только она выйдет из автобу- са. К моему удивлению, этот трюк сработал. Так как на этой остановке схо- дило только два пассажира, то единственным кавалером, кто в точном соот- ветствии с нормами этикета, бросился на помощь даме, попавшей в беду, был понравившийся ей молодой человек. Он помог собрать пакеты, и они смогли сбросить маски. К тому моменту, когда он довел ее до дома, они уже настолько познакомились друг с другом, что девушка могла пригласить его в дом выпить "Кока-колу". И дело пошло на лад. Стало быть, в нужное время маску следует сбрасывать, если личность хочет расти и развиваться, если она хочет строить полноценные отношения с другими людьми. Большая проблема состоит в том, что, проносив маску всю жизнь, ее не так-то легко сбросить. Иногда маску можно сбросить, только одев другую маску. Человек, кото- рый одевается в клоунский наряд для любительского спектакля, часто осво- бождается от запретов и сдерживающих начал. В этом костюме он может шу- тить, дурачиться и проказничать с полной раскрепощенностью. Однако в этом случае мы имеем дело с двойной маскировкой, созданием двойных оборонительных рубежей, позволяющих сбросить маску. Парадок- сальным образом одновременно с постоянной потребностью держать язык на- шего тела под контролем, существует жгучее стремление выкрикнуть на весь белый свет: кто мы такие; что мы желаем, сбросить маску, то есть освобо- дить себя и общаться свободно с другими людьми. ГЛАВА 6 ЧУДЕСНЫЙ МИР ПРИКОСНОВЕНИЯ ПРИДИ И ПОДЕРЖИ МЕНЯ ЗА РУКУ Однажды я взялся вести класс художественной прозы для группы молодых людей в местной школе. Одним из моих учеников был четырнадцатилетний Га- рольд - прирожденный возмутитель спокойствия. Красивый, крупный для сво- его возраста Гарольд обладал способностью всюду создавать себе врагов, даже если он и не очень старался. Правда, обычно, он очень старался. К пятому уроку его все дружно ненавидели, и он уверенно шел к своей цели - развалу нашей группы. Я, со своей стороны, был в отчаянии. Я пе- репробовал все подходы - от доброты и дружелюбия до злобы и суровой дис- циплины, но ничего не помогало. Гарольд оставался мрачной, разруши- тельной силой. Однажды, когда он зашел слишком далеко, дразня одну из девочек, я схватил его двумя руками. Как только я это сделал, я понял свою ошибку. Что мне теперь делать? Отпустить его? Тогда он будет победителем. Уда- рить его? Вряд ли это стоит делать, учитывая разницу в возрасте и наших размерах. И вдруг в миг озарения я повалил его на землю и стал щекотать. Снача- ла он взревел от злости, а потом стал хохотать. Только когда сквозь спазмы смеха он пообещал мне, что будет вести себя как следует, я отпус- тил его. Защекотав его, я вторгся в его личную зону, и он не смог ис- пользовать ее в качестве оборонительного рубежа. С тех пор Гарольд вел себя хорошо. Более того, он стал моим самым преданным другом и товарищем. Он вечно вис у меня на руке или на шее. Он толкал меня, он стремился приблизиться ко мне. Я не отталкивал его. и мы с успехом закончили наш курс. Меня поразило, что, вторгнувшись в его личное пространство, я впервые смог по- настоящему установить с ним кон- такт. Из этого опыта следует, что иногда маски должны быть сброшены и кон- такт должен быть установлен с помощью физического прикосновения. Во мно- гих случаях мы не сможем добиться эмоциональной свободы, пока не выйдем за пределы нашего физического пространства, сбросив маски, которые мы носим для самозащиты, и не прикоснемся к другому человеку. Осознав это, ряд психологов пришел к выводу о необходимости создать новую школу терапии, во многом основанную на языке тела и использующую прорыв через маскировку с помощью телесного контакта. МАСКИ, КОТОРЫЕ ДЕФОРМИРУЮТ ЛИЧНОСТЬ Прежде чем дети научатся запретам нашего общества, они начинают изу- чать мир с помощью прикосновения. Они дотрагиваются до своих родителей, трогают себя, проверяют на прочность окружающие их предметы. Им нравится прикасаться к холодному, горячему, гладкому, царапающему. Но по мере того, как ребенок растет, его восприятие мира через при- косновения ослабевает. Он учится создавать вокруг себя щиты и панцири, он узнает о своих территориальных потребностях на языке своей культурной среды. Он открывает для себя, что маскировка может его защитить от уда- ров, но она же и помешает ему испытать все грани эмоции. Он начинает по- нимать, что проигрывая в самовыражении, он выигрывает в самозащите. К несчастью, по мере того как ребенок растет и становится взрослым, маски часто твердеют и превращаются из защитных покровов в уродующие футляры. Взрослый может увидеть, что, хотя маска помогает ему сохранять свое уединение и защищает его от ненужных отношений, она также ограничи- вает его свободу и мешает развивать отношения, которые ему приятны, и наоборот, мешает разорвать деловые, но далеко не приятельские отношения. Оказавшись в тупике, сознание взрослого приходит в демобилизованное состояние. Но так как работа мозга отражается на физической деятельнос- ти, то такой человек утрачивает и физическую мобилизованность. На основе экспериментов, проведенных в институту Эйзален (Калифорния), и наблюде- ний за людьми, жившими долгое время в изоляции в Антарктиде, была разра- ботана новая терапия, которая построена на преодолении сначала физичес- кой демобилизованности, а затем и умственной. Доктор Уильям С. Шутц много написал относительно новых методов лече- ния с помощью так называемых "групп встреч". Эти методы направлены на то, чтобы помочь человеку сохранить свою личность в условиях давления на нее современного общества. В этой психотерапии существенную роль играет язык тела. Для того, чтобы показать сколько чувств и поведенческих реак- ций отражено в языке тела, доктор Шутц приводит целый ряд выражений, ко- торые описывают поведение и эмоциональное состояние с помощью слов, обозначающих различные положения органов тела: "взвалить на плечи ношу новых обязанностей", "протянуть руку помощи", "пошел навстречу нашему предложению", "выше голову!", "грубо попрал", "толстокожий", "отмах- нуться", "и ухом не повел", "глазом не моргнув", "попасть в поле зрения" и т.д. Каждое из этих выражении, используемое в переносном смысле для описания эмоций или эмоционально насыщенных действий, в то же время изображает соответствующее телодвижение, которое может сопровождать именно эти эмоции и действия. Когда мы рассматриваем эти словесные выра- жения, мы можем понять предположение Шутца о том, что "психологические установки влияют на позы тела и функции человеческого организма". Он приводит высказывание доктора Айды Рольф о том, что эмоции закрепляют определенные положения тела. У человека, который постоянно несчастлив, постепенно появляются морщины, придающие постоянно нахмуренное выражение лица. Агрессивный человек, который часто выдвигает голову вперед, затем вырабатывает уже эту привычку и не может ее изменить. По мнению доктора Рольф, его эмоции закрепляют эту позу. В свою очередь, эта поза вызывает к жизни соответствующие эмоции. Если у вас на лице постоянно играет улыбка, то, считает доктор Рольф, это влияет и на ваш внутренний мир и заставляет вас улыбаться в душе. То же самое верно в отношении нахмурен- ного лица или иных гримас и поз тела. В своей книге "Физическая динамика структуры характера" доктор Алек- сандр Лоуэнн добавляет к этому замечание, что все неврозы проявляются в структуре и функциях человеческого тела. "В человеческой речи нельзя найти столь же ясные и недвусмысленные слова, которые существуют в языке тела." Он также связывает функции тела с эмоциями" Согнувшийся человек, счи- тает он, вряд ли обладает столь же сильным характером, как человек с прямой спиной С другой стороны, человек с прямой спиной не склонен про- являть гибкость, характерную для сгорбившегося человека. ВЫ ТАКОВ, КАКИМ СЕБЯ ОЩУЩАЕТЕ Возможно, знание о связи между позой и эмоциями привело к тому, что в армии заставляют солдат стоять прямо, не шелохнувшись. Эта поза выражает надежду, что именно так они будут стоять, перед лицом вражеского наступ- ления. Разумеется, есть определенная доза правды в стереотипном предс- тавлении о старом вояке, который постоянно держит себя так, как будто "аршин проглотил" и проявляет прямолинейность в суждениях и негибкость в действиях. Лоуэн заметил, что выдвинутые вперед плечи отражают подавленный гнев; плечи, поднятые вверх - страх; распрямленные плечи - готовность принять на себя груз ответственности; опущенные плечи - сознание большого груза забот и проблем. В этих предположениях Лоуэна не всегда можно отделить факт от литера- турной фантазии, особенно когда он объясняет посадку головы потенциалом и качеством личности. Он говорит о длинной, гордой шее или короткой, бычьей шее. Однако в рассуждениях Лоуэна о связи между эмоциональными состояниями и их физическими проявлениями есть много справедливого. Если в том, как человек ходит, садится, встает, двигается, проявляется его характер, а язык тела раскрывает его настроение и личность, его способность к обще- нию с другими людьми, то тогда существуют способы, чтобы изменить чело- века, изменив его навык тела. В своей книге "Радость" Шутц замечает, что группы людей часто сидят, сложив руки и ноги, и тем самым показывают, что они устали, хотят уеди- нения и будут сопротивляться любым попыткам вступить с ними в контакт. Шутц считает, что, если такого человека попросить разнять свои руки и ноги, раскрыть себя физически, то такой человек будет готов к контакту с остальной группой. И все же не мешает узнать, что хочет сказать человек на языке тела, когда он сидит со скрещенными на груди руками и перекре- щенными ногами. Часто это важно узнать для самого человека, сидящего в такой позе. Он должен знать о причинах своего напряжения, прежде чем начнет его снимать. КАК РАЗБИТЬ СКОРЛУПУ Как вы выбираетесь из своей скорлупы? Как вы устанавливаете контакт с другими людьми? Для тбго, чтобы сделать первый шаг в самоосвобождении, надо понять устройство скорлупы, которая вас окружает. Недавно находясь в центре учебной подготовки консультантов по профессиональной ориентации Нью-Иоркского университета, я увидел ряд видеозаписей, на которых были запечатлены интервью между будущими консультантами и детьми, нуждающими- ся в их помощи. Одна видеозапись запечатлела беседу симпатичной, хорошо одетой белой девушки, вид которой излучал благополучие и респектабельность, с черной девочкой четырнадцати лет. Вид девочки явно свидетельствовал о том, что у нее куча проблем и она интроверт. Она сидела за столом, опустив глаза вниз. Ее лицо было спрятано от камеры. Своей левой рукой она закрывала глаза, а правая рука вытянулась через весь стол. До тех пор пока шло интервью, девочка загораживала глаза своей левой рукой. Она ни разу не подняла глаз, хотя она не смущалась и не запина- лась в своих ответах, и ее речь была вполне связной. Однако ее правая рука медленно пробиралась все дальше и дальше по направлению к кон- сультанту. Ее пальцы продвигались вперед, затем отбегали назад. Каза- лось, они приглашали: "Дотронься до меня! Ради всего святого, дотронься до меня! Возьми мою руку и заставь меня взглянуть на тебя!" Однако девушка, явно неопытная в методах проведения консультаций и напуганная своей первой беседой, сидела прямо как доска, перекрестив но- ги и сложив руки на груди. Она курила и двигалась лишь, когда ей было нужно стряхнуть пепел с конца сигареты. Но, сделав это, она тут же прик- ладывала руку к груди в жесте самозащиты. Ее физическое поведение крас- норечиво выражало ее внутреннее состояние: "Я напугана до смерти. Я не могу до тебя дотронуться. Я не знаю, что мне делать, но я должна себя защитить". Как "разблокировать" эту наглухо закрытую ситуацию? Профессор педагогики доктор Арнольд Бакхаймер объяснил мне, что пер- вым шагом в "разблокировании" явился показ консультанту видеозаписи (ко- торая производилась камерой, скрытой и от консультанта и от консультиру- емой). После этого последовала долгая дискуссия на тему, как она себя держала и почему. Консультант имел возможность увидеть и проанализиро- вать свои страхи и сомнения, свою скованность и напряженность. На следу- ющей встрече она уже попыталась сразу же установить с девочкой физичес- кий, а затем и устный контакт. Прежде чем ее встречи с девочкой завершились, консультант, проанали- зировав и скорректировав свое поведение, сумела не только добраться до сердцевины проблем девочки на уровне словесных понятий, но и достигнуть этого же на физическом уровне. В последнем интервью она обняла девочку, прижала ее к себе и приласкала ее как мать, то есть сделала то, что больше всего было ей нужно. Начинался же диалог в условиях взаимного непонимания и недоверия. Опустив голову и закрывая глаза рукой, девочка говорила: "Мне стыдно. Я не могу показать вам свое лицо. Я боюсь". В то же время ее правая рука, двигавшаяся постоянно по столу, говорила: "Дотронься до меня. Успокой меня. Установи контакт со мной". Консультант же, скрестив руки на груди и усевшись прямо, отвечала: "Я боюсь. Я не могу дотронуться до тебя и не позволю тебе нарушить мое личное пространство". Лишь только когда произошло взаимное вторжение в пространство другого и был установлен прямой физический контакт, нуждающаяся смогла получить помощь. Установление контакта или нарушение уединения, необходимого для слома барьеров, не обязательно должно быть осуществлено физически. Такой прорыв может быть облечен и в словесную форму. Недавно в Чикаго я встре- тил интересного молодого человека, который остановился в моем отеле. Он обладал уникальной способностью срывать маски людей и уничтожать барьеры. Однажды мы шли с ним по улице мимо ресторана, сделанного в сти- ле XIX века. Швейцар был одет в костюм соответствующей эпохи, но и без этого он был человеком, подавлявшим своим величественным видом. Мой друг остановился, подошел к швейцару и, к моему удивлению, начал с ним разговор о его семье, его надеждах на будущее и его достижениях. Мне это казалось представлением в дурном вкусе. В жизнь других людей обычно так не врываются. Я был уверен, что швейцар обидится, смутится и уйдет. К моему удивле- нию, ничего этоп? не произошло. Лишь после секундной задержки швейцар стал отвечать моему другу, а через десять минут он уже поведал ему о всех своих надеждах и поделился с ним всрми своими проблемами. Мы оста- вили его в отличном расположении духа. Пораженный, я спросил моего прия- теля: "И часто вы так поступаете?" "А почему бы и нет? - ответил тот. - Мне не безразличен этот человек. Я хотел узнать про его проблемы и дать ему пару хороших советов. Он это хорошо воспринял. Я почувствовал себя лучше после этого, а он лучше пос- ле беседы со мной". МОЛЧАЛИВЫЙ ПРИЕМ То, что он сказал, справедливо, но отнюдь не все обладают даром през- реть общественные условности и без труда преодолеть социальные барьеры. К тому же далеко не всем из таких людей удается не задеть тех, к кому они обращаются. Я, например, не знаю, удавалось ли моему другу загово- рить с такой же легкостью и теми, кто занимал положение более высокое, чем он. Многие из нас рассматривают швейцаров как обезличенные существа, и, возможно по этой причине, тот швейцар был благодарен за то, что на него обратили внимание, как на человека. Но даже если мы не можем установить контакт с человеком с помощью слов, мы можем дотронуться до него бессловесными способами, включая или исключая физический контакт. Один из удачных способов такого рода приду- мал мой друг-психолог. Он пригласил своих друзей и знакомых на прием с коктейлями, предупредив, что это будет бессловесным собранием. Приглашение гласило: "Прикасайся, глазей и вкушай, но не произноси ни слова. Мы проводим весь вечер в бессловесном общении". Моя жена и я застонали, прочитав текст приглашений, но нам было неу- добно отказаться от его принятия. Мы пошли и, к нашему удивлению, вечер был потрясающе интересным. Комната была обставлена так, что не было ни одного сидения. Мы стоя- ли, толпились, танцевали И жестикулировали, строили гримасы, загадывали друг другу шарады, - и все это без единого слова. На этом собрании мы знали лишь одну пару и сами представляли себя друг другу. Нашему знакомству друг с другом мешало, или помогало молча- ние. Нам пришлось основательно поработать для того, чтобы объяснить, кто мы такие, и понять, кто наши новые знакомые, но, как ни странно, к концу вечера мы довольно хорошо разобрались, кем были наши новые друзья. Поскольку словесный уровень общения отсутствовал, наши маски утратили половину своих опор. Они легко спали с нас, и мы обнаружили, что без них мы можем гораздо лучше устанавливать контакты, которые были главным об- разом физическими. В тишине все акценты, все вычурности речи, которые подчеркивали ста- тус человека, были устранены. Я пожал руку человеку и заметил, что у не- го на руках мозоли. Это привело к тому, что он разыграл передо мной ми- мическую импровизацию, рассказывающую, что он работает в бригаде строи- телей. Без барьера слов мы гораздо лучше установили контакт между людьми разных социальных положений и профессий. Это напоминало игру на вечеринке, но в этой игре было существенное отличие. В ней не было победителей и проигравших, а результатом было взаимопонимание между людьми. Существуют и другие игры, направленные на то, чтобы усилить взаимопонимание, сделать язык тела понятным друг другу и убрать барьеры, которые мы воздвигли для самозащиты. ИГРЫ РАДИ ЗДОРОВЬЯ Доктор Шутц собрал вместе несколько игр, в которые играли в Калифор- нийском технологическом институте, школе бизнеса при Калифорнийском уни- верситете Лос Анджелеса и Национальных лабораториях по подготовке препо- давателей в городе Бетель (штат Массачузете). Все они придуманы для то- го, чтобы убрать барьеры, снять маски и позволить осознать, что вы вла- деете языком тела и понимаете его сигналы. Одну из таких игр Шутц назвал "Ощущение пространства" . Он предлагает группе людей сесть на пол или на стулья и, вытянув руки, с закрытыми. глазами "ощупать" пространство вокруг себя. Неизбежно, в этой ситуации вы дотронетесь до кого-нибудь, будете его ощупывать, реагировать на кон- такт или вторжение соседа в ваше прос